TS2 Мир: Хроники SIM’ейства Пристли-Сакс

Дратути!

Это создание недаром находится в самом начале, ибо лишь спустя почти год пребывания на форуме я, наконец, решилась начать собственную тему.

Мир категории строго 18+ ибо пары разные нужны, пары всякие важны, в т.ч. и нетрадиционные + симы мои не так чтобы ЗОЖники.

Как я понимаю, многие из форумчан уже знакомы с моим SIM’ейством, как минимум, с главными его членами – скотопандами, поэтому первые посты я постараюсь сделать краткими, показав лишь основных действующих лиц, а всяческие второстепенные герои будут добавляться по мере их появления в повествовании.

Содержание:

1.

Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите для просмотра ссылок!

2. Действующие лица и исполнители: Пристли-Сакс, основной состав
3. Действующие лица и исполнители: родственники и друзья ч.I
4. Действующие лица и исполнители: родственники и друзья ч.II
5. Feel the difference
6. Действующие лица и исполнители: родственники и друзья ч.III
7. Хроники - 1
8. Действующие лица и исполнители: Рик и Чарли
9. Действующие лица и исполнители: Meet the scotopandas
10. Хроники - 2
11. Хроники - 3
12. Хроники - 4
13. Хроники - 5
14. Хроники - 6
15. Хроники - 7
16. Хроники - 8
17. Хроники - 9
18. Хроники 10
19. Хроники 11
20. Хроники 12
21. Хроники 13
22. Хроники 14
23. Хроники: sim'ейный альбом
24. Хроники: guess who?
15. Хроники 15
16. Ла Пристли: закулисье
17. Madame C. - краткое био
18. Хроники 16
19. Хроники 17
20. Хроники 18
21. Хроники 19
22. Хроники 20
23. Хроники 21
24. Хроники 22
25. Хроники 23
26. Хроники 24
27. Хроники 25
28. Хроники 26
29. Хроники 27
30. Хроники 28
31. Хроники 29
32. Хроники 30
33. Хэллоуин
34. Рождество 20\21
35. Merry X-mas, Julia(n)
36. Рождество 21\22 ч.I
37. Рождество 21\22 ч.II
38. Рождество 21\22 ч.III
39. Хроники 31 ч. I
40. Хроники 31 ч. II
41. Пасха '22
42. Хроники 31 ч. III
43. Хроники 32
44. Хроники 33
45. Хроники 34
46. Хроники 35

 

Алиса себя прямо вот в лучших традициях убеждала, что вот это правильно - оно и есть почти счастье. "Почти" - потому, что в глубине души, конечно, знала\помнила, как оно было без "почти".

пару месяцев буквально, там все было весьма стремительно.
Собственно, Хьюго не был таким прямо плохишом. Да, характер тяжеловат, в семейной жизни с весьма патриархальными замашками, но Алиса, с ее податливостью и неконфликтностью, в принципе, это бы пережила, но там крайне неудачно всё сложилось: сначала он потерял работу, повздорив с начальством, потом, на волне "...а я дАртаньян" заявил, что просто в этом занюханном городишке никто его не понимает и не ценит, как специалиста, так что собирайся, милая, мы едем покорять Сим-Йорк! У Алисы. конечно, от такого известия дернулся глаз, но не объяснять же причин - переехали, и даже работа нашлась для обоих, но вскоре Хьюго получил травму на работе, причем получил потому, что наплевал на правила ТБ, соответственно, мало того, что работы снова лишился и пришлось долго и дорого лечиться, так еще и суд с работодателем проиграл, соответственно, последовал период себяжаления, который улучшения характера не способствует, далее себяжаления уже в компании "сочувствующих", ну а там очень быстро выяснилось, что ситуация становится лучше, если воспользоваться достижениями химической промышленности...

собственно, оно у обоих, т.е. и у Макса, и у Алиски так и работало: так Алиска искренне поверила, что ей надо свалить, в частности, чтобы Мириам могла все же "встать на путь истинный", ну а Макс квартиру и прочую посильную помощь предлагал, прекрасно понимая, что будет в вечной френдзоне, ибо то, как Мириам смотрела на Алиску - это было нечто.

Вообще, надо пошариться в закромах родины, мне кажется, я даже делала какие-то фото того периода, намереваясь показать историю Мириам и Алисы глазами Алисы, через ее дневник, но до написания руки так и не дошли.

 

Было бы чудесно увидеть эту историю! Понимаю, что она грустная, но она - часть мира.

 

она, хоть и грустная, но одна из моих любимых, ибо и пара тоже стабильно входит в мой личный топ три пейрингов хроник. Так что даже если фото не найду, никто не мешает сделать хотя бы парочку новых, а то у меня Алисы возраста знакомства с Мириам почти и нет снимков, а она милая была.
Главное - чтобы у меня к выходным запал не иссяк

как на известной картинке ;)

А пока из прошлого вернемся к настоящему и сразу перескочим в будущее: т.к. мои Хроники движутся плавным ходом пожилой улитки, а любопытство аторское никто не отменял, я тут нашла фото во взрослом виде персонажа, который мелькает крайне редко и по сюжету является еще совсем мелким.Виртуальную конфетку томуу, что догадается, кто это

Подросток:




Взрослый:

 

Сын Клариссы и Филиса - Лео? Хорош!

 

йес!
Я бы сказала "неожиданно хорош", ибо в детстве ничто не предвещало, я вообще думала, там копия Фили вырастет.

 

Подростком действительно на отца больше похож, но как возмужал, так проступили фамильные черты Пристли-Сакс

 

там, судя по Лео, Майклу и даже Эрике, фамильный Мирандин профиль перебивает просто всё даже у внуков

 

Благородный профиль, придающий аристократический вид

 

особенно у Мириам - там вообще сначала профиль в комнату входит, а потом уже она сама

 

Подростком особенно хорош, на мой вкус.

 

подростком я еще и на его прическу залипаю, видимо, длинные волосы- это прямо его.

 

Официантка Розмари Уильямс сразу приметила симпатичного рыжеволосого юношу, который в последнее время стал регулярно посещать их кафе, расположенное недалеко от университетского кампуса. От прочих студентов, постоянно оккупировавших столики, его отличало весьма серьезное и сосредоточенное выражение лица, а также тот факт, что он всегда сидел один, что особенно ярко выделялось на фоне прочих посетителей – шумных, компанейских и в большинстве своем весьма беззаботных. Кроме того, юноша всегда оставлял более чем щедрые чаевые, был безупречно вежлив и интересен собой, так что Роззи старалась посадить его за один из «своих» столиков, а через пару недель и вовсе решила наплевать на правила, запрещавшие беседы с клиентом, и начать разговор.

Хроники - 23

Который они продолжили уже в парке после окончание смены Роз. Как выяснилось, имя у молодого человека было таким же необычным, как и он сам – Филис, а его несколько отстраненное поведение объяснялось недавно пережитой трагедией: в авиакатастрофе погибли ближайшие родственники, так что теперь он остался совершенно один в чужой стране, правда, полностью материально обеспеченный и принятый на первый курс исторического факультета. Подобная история не оставила бы равнодушной любую девушку, а тем более Розмари – по жизни создание очень открытое и готовое к сопереживанию, так что, проникшись к новому знакомому вначале сочувствием, она очень скоро обнаружила, что испытывает к Филису и совершенно явственную симпатию. В итоге одна из ставших уже традиционными прогулок привела парочку к Розмари домой – в квартиру, которую она снимала вместе с другой студенткой, и которая, по счастью, в этот вечер пустовала.




Завязавшиеся столь непринужденно отношения и дальше оставались такими же беззаботными и необременительными: прогулки в парке, походы в кино и упоительные часы, проводимые парочкой в квартире Роз в перерывах между учебой и работой полностью устраивали обоих. И даже разница в возрасте - Розмари училась уже на пятом курсе, в то время как Филис лишь только поступил на первый – никоим образом не мешала обоюдно приятному времяпрепровождению, хотя некоторые подруги Роз и недоумевали, что она могла найти в «еще зеленом» первокурснике. Одной из таких недоумевающих была весьма интересная во всех смыслах особа по имени Ноа. Училась эта леди на искусствоведа, а в свободное время (коего было достаточно, ибо особо за посещаемостью на данном факультете не следили) писала картины у себя в студии в мансарде, которая одновременно служила ей и жильем.




Такое положение вещей проистекало отнюдь не из-за стесненности девушки в средствах, напротив, Ноа происходила из весьма обеспеченной семьи, однако по ее мнению именно такая обстановка как никакая другая способствовала стимуляции вдохновения, и потому большую часть дня и ночи она проводила в своей студии, наскоро перекусывая сандвичами и отвлекаясь от живописи только ради встреч с друзьями, которые частенько были не против завернуть в этот «богемный уголок»
В один из дней там объявилась и Розмари в компании Филиса - возвращаясь из кино, они собирались было посидеть в ближайшей пиццерии, однако в последний момент Роз передумала: квартира подруги была совсем рядом, а она давно уже обещала устроить знакомство Ноа со своим юным кавалером, так что, прикупив бутылку белого вина и немного сыра, парочка отправилась в гости.




Вопреки некоторым опасениям Роз, было очевидно, что Ноа бойфренд подруги понравился буквально с первых минут разговора: прекрасно разбиравшийся в живописи и умевший поддерживать беседу, Филис умел произвести нужное впечатление даже на капризную творческую натуру, а потому вечер прошел в высшей степени приятно для всех участников. Более того, по окончании Филис получил приглашение бывать в мансарде, когда ему захочется, а также ему были продемонстрированы наброски новых картин, что со стороны Ноа было знаком особого расположения… которое в конечном итоге и привело к тому, что в один прекрасный день обсуждение живописи, происходившее под аккомпанемент расслабляющего шабли, завело юных эстетов несколько... дальше положенного.




Впрочем, склонности терзаться угрызениями совести не было ни у одного из действующих лиц, тем более что официального статуса отношения Филиса с Розмари не имели, а потому данный инцидент не помешал продолжиться тройственной дружбе, Филис и Роз по-прежнему частенько наведывались в мансарду, где однажды будущему господину профессору и повстречалась дама, занявшая почетное третье место в его «донжуанском списке».
Даму звали Виктория, и приходилось она родной матерью Ноа. Весьма моложавая и ухоженная, Торри предпочитала быть «на ты» со всеми юными гостями дочери и особенно с её друзьями мужского пола. Что же касается Филиса, сей молодой человек немедленно привлек ее внимание своими манерами, а звучавший в его речи слабый, но весьма интригующий французский акцент, придавал всему облику юноши еще большее очарование, и потому, аккуратно поинтересовавшись у дочери, не имеет ли та каких-либо далеко идущих планов на этого молодого gentille homme и получив отрицательный ответ, Торри поспешила пригласить интересовавшегося искусством и антиквариатом Филиса к себе домой – посмотреть ее великолепную коллекцию изделий из фаянса.




Разумеется, будучи человеком культурным, использовавшим к тому же любую возможность для обогащения своего внутреннего мира и находившего истинное наслаждение в созерцании прекрасного, Филис приглашение принял. Он вообще полагал, что мужчина по мере возможностей должен выполнять желания дам, а уж тем более в таком случае. И, надо признать, фаянс будущего господина профессора не разочаровал – коллекция выглядела прекрасно, и особенно хороша она была, если смотреть снизу вверх, расположившись на пушистом персидском ковре в гостиной…




Тем временем - довольно незаметно, надо признать – учебный год подошел к концу, и Розмари, и Ноа ждала взрослая жизнь после окончания университета, так что, несмотря на клятвенные заверения в вечной дружбе и в благом намерении «не пропадать, встречаться почаще», и им, и Филису было ясно, что пути их на этом скорее всего разойдутся, оставив лишь приятные воспоминания, которые разумеется скрашивали грусть от прощания… также как и новый роман будущего господина профессора, который неожиданно, но весьма бурно закрутился уже в сентябре, когда преподавателем латыни в их группе была назначена дама средне-бальзаковского возраста с томным взглядом, глубоким декольте и мелодичным именем Люсианна:




Разумеется руководство ВУЗа подобные отношения не поощряло, да и сам Филис служебные, а точнее в данном случае учебные романы не приветствовал, однако, как уже было сказано выше, одним из главных принципов мсье Бельиль д’Арленкур было галантное поведение с прекрасным полом и выполнение желаний его представительниц. А желания мисс Люсианны были простыми и незамысловатыми и легко угадывались по тому, с какой интонацией она произносила на факультативе манящее словосочетание «Ars amandi*»…

Как известно, запретный плод сладок, так что тайные свидания в обстановке строжайшей секретности парочке доставляли удовольствие еще и благодаря всплеску адреналина, сопровождавшему каждую встречу - нечастую, но неизменно упоительную. Что же до более-менее регулярных отношений, то здесь Филис переживал крайне вяло текущий роман с одногруппницей по имени Нателла. Данная особа являла собой практически классический пример умницы пай-девочки, которая по жизни стремится всё делать правильно и для которой интеллигентный и галантный Филис виделся настоящим принцем, особенно на фоне остальных однокурсников – безнадежных ботанов или наоборот беззаботных пофигистов, невесть как оказавшихся на данном факультете, поэтому осада объекта страсти велась очень настойчиво и планомерно.




И, возможно, даже привела бы в итоге к каким-то существенным результатам, если бы на жизненном пути «принца» вдруг не появилось зеленоглазое создание с ярким макияжем и в ультра коротком мини-платьице, через полтора года после встречи ставшее мадам Бельиль д’Арленкур и кошмаром аристократичных тетушек, полагавших, помимо прочего, что общение с этой parvenu может крайне негативно повлиять на тонкую душевную организацию их деликатного и наивного племянника.




Подобное отношение не изменилось и после рождения у parvenu сына: когда вскоре после выписки Филиса из больницы они с Клариссой вторично сочетались законным браком, тетушки лишь вздохнули хором: «Наш бедный мальчик – едва открыл глаза, еще в себя не пришел, а эта уже тут как тут!» Ну а когда спустя полтора года было объявлено о появлении у пары наследника, тетушки, из прессы разной степени желтизны почерпнувшие немало сведений о личной жизни в ту пору уже весьма знаменитой железной леди, коллективно решили: «Нагуляла! О бедный наш мальчик!» и потому ограничились лишь крайне сухим поздравлением.




Впрочем, справедливости ради следует отметить, что подобное отношение к представителю самого младшего поколения длилось недолго: едва чуть подросший Львеныш стал демонстрировать явственно фамильные черты Бельиль д’Арленкуров, как его немедленно перевели в разряд любимых внуков, с которым каждая из родственниц готова была нянчиться, бесконечно умиляясь его всё более проявлявшемуся сходству с Филисом.




Возможно, именно оно, сходство, и стало причиной, по которой следующая беременность madame была воспринята в Париже куда менее драматично: тетушки, разумеется, повздыхали, однако уже не демонстрируя прежней категоричности: «Скорее всего, конечно, нагуляла. Но может быть и нет!»
Вслух в присутствии племянника и его супруги разумеется подобные предположения и вовсе не высказывались – несмотря на все нюансы, сохранение приличий было превыше всего. Ну а в данном случае свою роль играл и банальный инстинкт самосохранения: как бы там ни относилась Клара к своему интересному положению, одного взгляда на неё было достаточно, чтобы понять: сказавшего что-то не то по поводу их с мсье будущего ребенка ждет немедленная и крайне болезненная расправа.






Что же до самого мсье, он, спустя несколько часов после звонка Мириам, наконец появился в приемном покое, где был встречен доктором, который уверил его, что состояние madame более не внушает опасений, и даже любезно проводил до палаты, правда, внутрь предпочтя не входить. Очевидно, впечатлений от общения с железной леди всему персоналу клиники хватило надолго, и лишний раз попадаться на глаза Клариссе не хотелось никому. Впрочем, Филис, разумеется, был совсем не против побыть с супругой наедине.




Хотя, надо признать, начало их диалога не слишком походило на нежное воркование или более соответствующее моменту умиление произошедшим, когда, не открывая глаз, Кларисса тихо произнесла:
- Больше никогда?
- Больше никогда!
- Обещаешь?
- Разумеется, mon ange!
- И сделаешь вазэктомию?
*спустя двухсекундное размышление*
- Сделаю, ma belle.
- И больше ни-ког-да!




Очевидно, данное обещание сыграло ключевую роль, потому как оставшееся время, несмотря на явно не слишком хорошее самочувствие madame, они с супругом провели весьма приятным образом, наслаждаясь обществом друг друга.
Однако вскоре Филису все же пришлось оставить Клариссу отдыхать, в то время как его самого ждала встреча с Мириам, на которую была возложена почетная обязанность знакомства г-на профессора с дочерью:




Надо признать, свою миссию крольчонок выполнила блестяще, и ей даже удалось сдержать отчаянно рвавшиеся с языка комментарии относительно заковыристости и длины имени новорожденной, поэтому в ответ на краткий экскурс в историю «Эрика – женский вариант старинного скандинавского имени Eiríkr, означающего «вечное могущество», Дениз отсылает нас к греческому богу Дионису, ну а Виктория, как тебе наверняка известно, значит победа!» Мириам лишь тихо хмыкнула: «Мне кажется, я знаю, кто придумывал имя этому киндер-сюрпризу!»

 

Чем меньше знают тётушки, тем крепче спят
Но занятно, что Филис во всех случаях, кроме как с Клариссой, был добычей, а не охотником)) А её таки сам выбрал, сам инициировал знакомство и начало отношений

 

В том, что касается этой parvenu, у тетушек такое богатое воображение, что все журналисты желтеют от зависти, под цвет своих изданий А насчёт Фили они никаким "наветам" всё равно не поверят - их бедный мальчик априори чист и почти невинен

 

Мне изначально казалось, что Кларисса и Филис - противоположности (как лед и пламя ), т.е. сдержанность и воспитание не позволили бы Филису иметь кучу любовниц, что, возможно, была некая леди, предназначавшаяся ему в жены, но судьба их развела, а затем Филис встретил свою истинную любовь. Образ альфа-самца в моей голове не укладывается с нынешним поведением профессора

 

и правильно не укладывается. потому как он от этого образа крайне далек. Возможно, я просто не совсем умею это выразить словами, но, как тут выше совершенно правильно написано:

Для Фили это было... вопрос галантности, что ли - если дама желает, и дама ему весьма симпатична - то зачем же ей отказывать, если она оказала ему честь, предложив приятно провести время. Он был им искренне благодарен за прекрасные моменты, относился к ним с почтением и уважением.
А вот Клара - это были уже чувства и мгновенное понимание, что вот именно она должна стать его la belle dame sans merci

 

Ох, Филя-Филя! А мне-то казалось, что его первой и предпоследней женщиной была история.

 

насчет первой - это точно, а по поводу остального скажем так: эта дама - единственная, к кому могла бы ревновать madame... если бы сама не была беззаветно предана другой даме - по имени мода

 

Слово «лагерь» у всех вызывает свои ассоциации – как в зависимости от сферы деятельности, так и в
связи с увлечениями.

Хроники - 24

И все же, думается, большинство при упоминании о лагере вспомнят детство\отрочество\юность и –
солнце, море или озеро, пляж, веселые компании и незабываемые летние дни и вечера. И, в общем-то,
именно такие мысли посещали младших ушастых, когда они самым настойчивым образом склоняли
многолюбимых маман к тому, чтобы отпустить стремительно подрастающее поколение провести часть
каникул за городом в школьном лагере. Ну или почти такие…






Что касается Миранды и Андреа, данную идею они восприняли несколько скептически. И здесь младшим
ушастым удружила сестрица Мириам, чье бурные детство и юность включали в себя, в частности, и
ежегодные поездки в лагерь… после чего обычно из семейного бюджета исчезала n-ная сумма, которой
леди Пристли-Сакс компенсировали администрации потраченные нервы и прочие ресурсы, ибо белокурую
головку Мириам Андреа никогда не покидали идеи самого разнообразного толка на тему «улётного
летнего отдыха», и если их креативность всегда была на высоте, то вот о такой банальной вещи как
техника безопасности ушастая и ее неизменные компаньоны, Рик и Чарли, если и задумывались, то
только уже сильно post factum.














Несмотря на довольно большой промежуток времени, пошедший с тех пор, особенно яркие проделки
любимой дочки были все еще свежи в памяти маман, так что поначалу даже умильные мордашки и прижатые
ушки младших крольчат вкупе с честным-честным словом вести себя идеально не могли сломить
сопротивления старшего поколения, тем более что, хотя переплюнуть Мириам в деле организации
локального апокалипсиса было сложно, Кевин и Крис, предоставленные самим себе, за пару часов
ухитрялись проявить чудеса изобретательности: разукрасить белоснежную стену прихожей им казалось
практически таким же интересным делом как, будучи приглашенными на часок в Ла Пристли, изменить
прическу Кристианы изящным движением легкомысленно оставленных в зоне досягаемости профессиональных
парикмахерских ножниц.








Одним словом, опасения Миранды и Андреа были вполне понятны и обоснованы… но, разумеется, в
конечном итоге клятвенные обещания не угонять катер, не изображать из себя юных спелеологов, не
пытаться приручить дикую живность, буде таковая встретится – и множество других «не», основанных на
«подвигах» средней ушастой, перевесили, и окрыленные Кевин и Кристи ломанулись паковать чемоданы,
уже предвкушая будущий отдых.



Увы, суровая реальность все же внесла свои коррективы в грандиозные планы ушастых: если Кевин с
самого начала получил то времяпрепровождение, о котором ему мечталась, то Кристи обломалась
капитально и воистину трагически: залог ее романтических прогулок по вечернему морскому берегу, в
миру именуемый Николасом, ухитрился… сломать ногу. Точнехонько за два дня до отъезда развеселой
компании в лагерь, так что младшая ушастая был вынуждена коротать вечера в компании скайпа и
несбывшихся мечт, в то время как ее братец к середине пребывания в лагере даже слегка утомился
пристальным вниманием многочисленных юных прелестниц – ну или делал вид, что утомился, возводя очи
горе и картинно вздыхая перед очередным rendez-vous.








Впрочем, сказать, что Кристи не получала удовольствия от поездки все же было бы неправильным:
романтика романтикой, а развлечения никто не отменял, и посему большую часть времени и самая
младшая ушастая проводила если не с пользой, то уж точно с огромным удовольствием, вовсю
наслаждаясь теплым морем, крайне ослабленным контролем разомлевших на солнышке представителей
администрации лагеря, неоновыми огнями дискотеки и всеми остальными прелестями лета.











Правда, даже на танцполе и под оглушительную музыку Кристи порой таки грустной вздыхала… а еще за
ужином… и иногда даже за завтраком… Так что, в итоге, нервы любящего братца не выдержали: с
настроением ушастой нужно было что-то делать, и делать незамедлительно!








Наследственность ли это повлияла или всплыли в памяти рассказы о боевых подвигах Мириам Андреа -
неизвестно, однако следующим же вечером, получив смс от братца, уже было настроившаяся спать Крис,
прокравшись на цыпочках мимо сладко посапывающих обитателей девичьей комнаты, распахнула окно и
узрела там
а) веревочную лестницу
б) вполне одетого и бодрого Кевина, который простыми и очень доступными жестами изобразил пантомиму
«Хочешь к Нику – одевайся и спускайся!»
«Предложение, от которого невозможно отказаться!» - именно так восприняла младшая Пристли-Сакс
отчаянную жестикуляцию братца, и хотя что-то, отдаленно похожее на голос разума (или инстинкт
самосохранения) слабо и обреченно шепнуло: «Попадемся – вломят по первое число!» природный
авантюризм уже нес крольчатинку навстречу сначала страхующему ее Кевину, а затем – уже в компании
брата – за пределы лагеря, где их уже ждало вызванное Кевином такси.









Что до реакции Николаса, то здесь едва ли кого удивит абсолютный и полный восторг, который вызвало
появление у его дома двух крольчат, одна из которых смотрела на него влюбленными глазами, а другой,
в свою очередь, демонстративно глаза закатывал, пока парочка на диване нежно ворковала друг с
другом.
Стоит ли говорить о том, что одной подобной вылазкой дело не ограничилось, так что изрядная сумма
карманных денег была потрачена на такси и приличное количество адреналина израсходовано во время
проскальзывания мимо бдительного охранника, но итоговый результат того стоил однозначно!









Во всяком случае, именно так считали оба ушастых до одной злополучной ночи, когда внеплановая
проверка показала, что уютный холмик под одеялом был сформирован подушками, а вовсе не сладко
посапывающим крольчонком.





Разумеется, встреча с администрацией была запоминающейся. В определенном смысле даже жаркой. И да,
конечно же, голос разума Кристи ехидно припомнил пропущенное между длинных ушей «Попадемся – вломят
по первое число!».. Но по личному мнению младшей Пристли-Сакс, уж лучше бы вломили, ибо,
преисполненные гуманизма, экзекуторы физическое наказание по вполне понятным причинам считали
неприемлемым, а вот в качестве морального был выбран домашний, а точнее, комнатный арест на
оставшиеся два дня лагерной смены – что еще можно было пережить – и запрет на участие в итоговом
концерте. Что пережить было уже куда сложнее, ибо к концерту этому и крольчата, и все прочие
«лагерники» готовились заранее и предвкушали событие как грандиозный финал смены.





Что до ушастых, они к этому ответственному мероприятию подошли со всей полагающейся серьезностью:
танец – это вам не просто так, танцем надо заниматься. Особенно если у твоей партнерши, как
показала многолетняя практика, очень много желания танцевать и очень мало к этому способностей: еще
в детстве на всевозможных утренниках от травматичного знакомства с полом Кристи частенько
удерживали исключительно героические усилия братца.





Так что в конечном итоге большая часть даваемых им Кристи ЦУ сводилась к одному постулату: «Держи
равновесие и не мешай мне делать всё остальное», что, в общем-то, вполне устраивало Крис, где-то в
глубине души начинавшую подозревать, что, возможно, танцы - это всё же немножечко не её… Однако
вот так лишаться возможности продемонстрировать честно вымученный в зале номер да еще и в шикарном
наряде было ужасно обидно, а посему, когда, воспользовавшись все той же любимой лестницей, Кевин
появился в опустевшей по причине концерта девчачьей спальне, младшую ушастую он застал в глубокой
печали.





Выбраться из спальни и найти способ пробраться на концерт не представляло особой проблемы, однако,
наученные горьким опытом общения с чертовски находчивым подрастающим поколением, «каратели» в лице
администрации предусмотрительно изъяли заготовленные наряды у обоих проштрафившихся крольчат, и
если Кевин считал, что его пижонская шелковая рубашка и брюки вполне сойдут и для сцены, то Кристи
оставалась лишь с многочисленными, но абсолютно не подходящими к выступлению шортами, сарафанами и
прочим милым повседневным барахлом, так что младшей ушастой не оставалось ничего иного, кроме как
все более грустно шмыгать носом… пока, наконец, Кевин не прошипел: «Да жёваный крот!* Не реви, щас
придумаем тебе платье!»





Впоследствии Кевин и сам едва ли смог бы объяснить, как именно ему в голову пришло воспользоваться
столь альтернативным вариантом – но чего не сделаешь в порыве вдохновения?.. Так что уже спустя
примерно полчаса времени, несколько многоэтажных и довольно таки цветистых конструкций и пару-
тройку уколов булавкой Кристиана с изумлением смотрела на свое отражение в зеркале, в то время как
чертовски довольный Кевин прикидывал, что вторая жизнь занавески дана в крайне удачной манере.








По сравнению со всем пережитым вопрос о том, ка выбраться из корпуса, а затем как уговорить леди-
конферансье слегка поменять порядок номеров и исполнителей, казались не стоящими особого внимания:
верная лестница, открытый черный ход и личное обаяние Кевина – эти три составляющих обеспечили
ушастым беспрепятственный путь на сцену.






Единственное, о чем жалели впоследствии и Кевин, и Кристи – это невозможность насладиться
выражениями лиц присутствовавших на концерте директора лагеря и администрации: интуиция
подсказывала ушастым, что зрелище это было воистину бесценным. Впрочем, такая мелочь – даже вкупе с
перспективой огрести еще и за мелкий саботаж (и не очень мелкую порчу казенного имущества) –
разумеется не могла испортить столь долгожданного триумфа младших представителей ушастого
sim’ейства!






_______________________________________________________________________________
* Возможно, произнесенная м-ром Пристли-Сакс фраза звучала чуть иначе, однако из соображений
цензуры было решено не вдаваться в подробности

 

Как они только умудрялись оставаться целыми и невредимыми?!

Надеюсь, его поклонницы не станут участницами передачи "Беременна в 16"

Заботливый

и креативный! Вот, что гены животворящие делают