TS2 Мир: Хроники SIM’ейства Пристли-Сакс

Дратути!

Это создание недаром находится в самом начале, ибо лишь спустя почти год пребывания на форуме я, наконец, решилась начать собственную тему.

Мир категории строго 18+ ибо пары разные нужны, пары всякие важны, в т.ч. и нетрадиционные + симы мои не так чтобы ЗОЖники.

Как я понимаю, многие из форумчан уже знакомы с моим SIM’ейством, как минимум, с главными его членами – скотопандами, поэтому первые посты я постараюсь сделать краткими, показав лишь основных действующих лиц, а всяческие второстепенные герои будут добавляться по мере их появления в повествовании.

Содержание:

1.

Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите для просмотра ссылок!

2. Действующие лица и исполнители: Пристли-Сакс, основной состав
3. Действующие лица и исполнители: родственники и друзья ч.I
4. Действующие лица и исполнители: родственники и друзья ч.II
5. Feel the difference
6. Действующие лица и исполнители: родственники и друзья ч.III
7. Хроники - 1
8. Действующие лица и исполнители: Рик и Чарли
9. Действующие лица и исполнители: Meet the scotopandas
10. Хроники - 2
11. Хроники - 3
12. Хроники - 4
13. Хроники - 5
14. Хроники - 6
15. Хроники - 7
16. Хроники - 8
17. Хроники - 9
18. Хроники 10
19. Хроники 11
20. Хроники 12
21. Хроники 13
22. Хроники 14
23. Хроники: sim'ейный альбом
24. Хроники: guess who?
15. Хроники 15
16. Ла Пристли: закулисье
17. Madame C. - краткое био
18. Хроники 16
19. Хроники 17
20. Хроники 18
21. Хроники 19
22. Хроники 20
23. Хроники 21
24. Хроники 22
25. Хроники 23
26. Хроники 24
27. Хроники 25
28. Хроники 26
29. Хроники 27
30. Хроники 28
31. Хроники 29
32. Хроники 30
33. Хэллоуин
34. Рождество 20\21
35. Merry X-mas, Julia(n)
36. Рождество 21\22 ч.I
37. Рождество 21\22 ч.II
38. Рождество 21\22 ч.III
39. Хроники 31 ч. I
40. Хроники 31 ч. II
41. Пасха '22
42. Хроники 31 ч. III
43. Хроники 32
44. Хроники 33
45. Хроники 34
46. Хроники 35

 

Папарацци, наверное, были в шоке. Мы - не очень, ибо знаем, что тут все не то, чем может показаться. И я даже не буду повторять фразу, которая тут напрашивается. Все ее и так прекрасно знают.

А что, Филя знает русский?

 

у папарацци и желтых изданий там новый год, рождество, пасха и именины сердца были в одном флаконе

у Фили просто не было вариантов, ибо книгу демиург красила для мероприятия на другом форуме почти 10 лет назад, потом решил сделать нормальную французскую версию... и угадайте, кто, в итоге, в игру вставил не тот файл?.. Но заново ждать 40 минут загрузки сил моих уже не было.

 

Жан, бедняжечка ты моя, иди ко мне, я тебя пожалею, рыжик ты мой ж ненаглядный!

 

обрати внимание:демиург проявил невиданный гуманизм и выдал Жану бокал действенной анестезии

 

А что там внутри? Может, мне тоже надо От хорошей анестезии кто ж откажется

 

мы продолжаем тематику предыдущей серии, так что поили Жанчика "Ромео и Джульеттой"

 

Есть подозрение, что в ближайшие дни демиург будет бессовестно пикспамить

​

 

Нафик совесть, а то она вдруг ещё помешает!)))

Это у них юбилей свадьбы?

 

и то правда, да и слово какое-то противное!

и вот тут я капитально зависла, ибо поняла, что вообще ни черта не помню про их свадьбу - про первую еще более-менее, благо про нее в хрониках было, даже с парой фото, а вот про вторую... тщорт

 

Yes, sir, I can boogie ©
​

 

У Клариссы шикарная прическа! Какие же они милые

Жан великолепен, а Мириам как всегда неподражаема

 

сама балдею, хотя, сказать по правде, изначально очень опасалась, что она, вкупе с Жанчиковой, устроит мне сплошной "розовый суп" на лоте. Но, слава Максис, обошлось.

спасибо, я, только начав снимать, поняла, что ужасно по ней соскучилась.

В тему Мириам, из забавного: лазила тут в папку игровых скриншотов, вот эти 2 идут один за другим - и это жжж явно неспроста

 

Какой хорошенький! А какие огромные глаза!

 

чесгря, там практически копия Мири в этом возрасте получилась:

 

Раз уж мы тут за тоддлеров гутарим, меня неожиданно очень умилила Жанна:

​

 

Жанна - лапочка! По-хорошему, следовало бы лишить ее мать родительских прав и удочерять. Всё равно, Жан и Селим для нее уже как папы

 

учитывая, что маменька растворилась в туманной дали, там, видимо, придётся оформлять опекунство, но Жан пока старается на эту тему вообще не думать, благо maman оставила нужные документы и доверенности, чтобы хоть с бюрократией проблем не было.
Ну и насчет Жана - это, конечно, я не уверена совсем, а вот Селим вполне видит себя в роли папаши для рыжика №2.

 

Жан и Жанна - такие прекрасные рыжики! Прям невозможно, я на Жанчика смотрю и хочется его так погладить по голове...если сквозь кудряхи пробиться

 

Какой милый маленький рыжик! Модница растет - уже с сережками.

 

В отличие от своей знаменитой супруги, господин профессор не привык становиться объектом всеобщего внимания, однако в то утро при его появлении на работе все взоры неизменно обращались в его сторону: разговоры затихали, коллеги сочувственно вздыхали и качали головами с видом добропорядочной скорби на лице.

Хроники 32

Исключением была разве что Штеффи, в глазах которой горели прожекторы надежды, и приветствовала она Филиса с куда более влюбленной улыбкой, нежели обычно.




Последней каплей стал краткий визит Джорджа, который ободряюще похлопал коллегу по плечу с прочувствованным: «Ничего, старик, такое случается даже с лучшими из нас!»
А в ответ на удивленный взгляд Филиса лишь отмахнулся: «Да перестань, все уже в курсе, сам ведь понимаешь, что такие новости разносятся быстро. Но ты давай, держись!» - после чего отправился на свои занятия, оставив Филиса в еще большем недоумении.




Выход был один: вопреки обыкновению, все же открыть сайт светской хроники и узнать, что же за новости разносятся быстро и в связи с чем ему следует «держаться».
Разумеется, нужную информацию даже не пришлось искать – заголовки многочисленных статей наперебой стремились рассказать ему о том, что глава Ла Пристли, железная леди мира моды, madame C., Кларисса Фредерика выходит замуж. В пятый раз.




«Её попытка номер пять» © жизнерадостно заявлял Симсополитан, заботливо иллюстрируя данный заголовок фотографиями предыдущих супругов Клары, а затем – и её нового избранника, с которым они были засняты посещающими свадебный салон.


























Увы, полноценного интервью мгновенно набежавшие журналисты не получили, однако главная фраза всё же прозвучала, когда в ответ на крайне настойчивые расспросы представителей прессы о цели визита madame та продемонстрировала свой фирменный взгляд, явно дававший понять, что вопрошающий был взят на работу для заполнения квот на трудоустройство инвалидов с ограниченными мыслительными способностями, но затем милостиво сообщила, что - если это и так не очевидно – свадебные салоны посещают по одной причине: грядущая свадьба. Что же до вопроса об отсутствии информации о помолвке, Кларисса лишь пожала плечами: «О помолвке не были заявлено официально потому, что официально она еще и не состоялась. Но в ближайшее время это будет исправлено, не так ли?» - последняя фраза уже была обращена к спутнику madame, который улыбался хоть и несколько натянуто, однако энергично кивнул в ответ: «В самое ближайшее!»






Надо отдать должное журналистам: помимо освещения текущих событий, в этот раз они не поленились и собрали почти безупречное досье на Жан-Пьера. А точнее, ему припомнили всё: и тесную нежную дружбу с младшей сестрой madame – явно первый шаг на пути к самой Клариссе; и его быстрый подъем по карьерной лестнице, и замещение madame на время декрета (а также крайне теперь подозрительное постоянное нахождение рядом во время ее беременности), поездки в ее загородный дом еще на этапе строительства оного – да даже тот факт, что именно Жан-Пьер, вместе с Мириам и Энтони, забирал из клиники madame с новорожденной дочерью…




Одним словом, всё указывало на то, что коварный рыжеволосый голддиггер неутомимо следовал к намеченной цели, не гнушаясь никакими средствами и не отвлекаясь ни на что другое!




Очевидно, именно этим объяснялся также и тот факт, что о личной жизни арт-директора доселе никто особо не слышал: на мероприятиях он мелькал разве что под руку с начальством, а на вопросы журналистов нервно отшучивался. Впрочем, до недавнего времени Жан-Пьер представителей прессы особо не интересовал да и в объективы камер папарацци попадал лишь за компанию с Клариссой, так что работники пера вполне были удовлетворены скупыми сведениями и кратким «…снимаю квартиру напополам с другом», даже не представляя, чего стоила самому Жан-Пьеру эта фраза про друга, ставшая пресловутой последней соломинкой, каплей и прочая, и прочая - и спровоцировавшая гранд шкандаль одним солнечным весенним днем…






Сказать по правде, Селима уже давно напрягала сложившаяся ситуация, когда, живя вместе и являясь парой в глазах всех, пусть и немногочисленных, друзей, официально они с Жаном не то что не оформляли отношений, но даже и не начинали двигаться в заданном направлении, несмотря на то, что, получив в свое время первую приличную зарплату в Ла Пристли, Жан, как честный человек, преподнес ему простое, но чрезвычайно изящное колечко – но тем всё, увы, и ограничилось.
И можно было бы не слишком переживать, если бы дело касалось лишь официального статуса, однако Жан с упорством, достойным лучшего применения, раз за разом ухитрялся называть Селима другом-приятелем в общении с окружающими, и словно подросток опасающийся быть застигнутым, натурально вздрагивал при любых проявлениях внимания в общественном месте. И если поначалу Селим еще списывал всё на жизнь с сурово-правильным отцом, то в последнее время такое положение дел начинало крайне тяготить. Апофеозом стал поход в детский сад, куда Жанну удалось, наконец, устроить: когда улыбчивая сотрудница заполняя анкеты, добралась до пункта, кто может забирать киндера из гартена, помимо самого Жана, тот, разумеется, указал на Селима.
- Очень хорошо, значит, вы и ваш?..
- Друг. Друг семьи.
То, что сказанное было катастрофическим faux pas, Жан осознал почти сразу – по его собственным ощущениям, температура в комнате мгновенно рухнула существенно ниже нуля. И продолжила падать по дороге домой, когда, в ответ на попытки заговорить, Селим лишь мрачно процедил: «Знаешь, в нашем языке есть хотя бы слово «партнёр», раз уж другие варианты тебе настолько сложно произнести!»




Полностью осознавая свой косяк, Жан честно попытался исправить положение дел по приходу домой - без особого успеха, надо сказать, но окончательно ситуацию из просто неприятной сделала катастрофической злополучная газета, легкомысленно оставленная на столе: когда взгляд Селима задержался на интервью – том самом, с роковым «снимаю квартиру напополам с другом», после чего Жану припомнили вообще всё, начиная от той эпохальной выставки, где он при виде папы предпочел сгрести в охапку Мириам и продемонстрировать всем и каждому, кто здесь самый натуральный натурал. А затем были многочисленные «мы с приятелем» при бронировании гостиничных номеров, «Мама, это Селим, мы вместе снимаем эту квартиру» и прочие «заказ заберёт мой друг».
- … То есть я достаточно хорош, чтобы жить со мной и вместе растить твою сестру и скотопанду, но недостаточно для того, чтобы меня не стесняться и не прятать?
- Я не стесняюсь! Я… я просто…
- Просто дружишь со мной? Ну в таком случае, да будет тебе известно, я не сплю с друзьями. Так что, надеюсь, ты помнишь, как раскладывать диван.




С диваном проблем и в самом деле не было, и, объективно говоря, он даже был вполне удобным, но спал Жан все равно откровенно паршиво. И крайне мало, ворочаясь с боку на бок и пытаясь хоть как-то утрясти эмоциональный и мысленный хаос. Выходило откровенно плохо, а также довольно стыдно, ибо приходилось признать правоту Селима: намертво засевшие с подросткового возраста привычки и реакции ни в какую не хотели исчезать, определяя стиль поведения и во взрослой жизни. А главное, даже сумев перебороть их, Жан понимал, что после такого крупного фиаско просить прощения придётся тоже по-крупному, но ничего подходящего в голову, как назло, не приходило.




Таким образом, следующие несколько дней он провел в довольно тягостных раздумьях, а ночей – соответственно – на диване, что удручало отдельно, а потому даже наступившая пятница арт-директора не радовала совсем: приближающийся уикенд не сулил ничего приятного, стимула возвращаться домой пораньше не наблюдалось, и единственным разумным решением было углубиться в работу – да так, что, очнувшись, Жан обнаружил за окном уже глубокую ночь, а себя – чертовски голодным и уставшим. И хотя бы эту проблему он точно знал как решить: службы доставки были полностью в его распоряжении, а комната отдыха манила к себе воспоминаниями о великолепном баре и диване, ничуть не уступавшем – а то и превосходившем – его собственный. К чёрту всё – сегодня Жан твердо решил напиться и в лучших традициях завзятых трудоголиков заночевать прямо на рабочем месте.
Ночные коридоры дома моды казались на удивление уютными, а вовсе не пугающими, как можно было бы предположить: в полумраке Жан почти с нежностью смотрел на постеры с многочисленных показов, приглушенный свет ламп даже приёмную у кабинета madame делал далеко не такой зловещей, как днем. Жан знал, что на других этажах еще остались припозднившиеся работники, но тут, почти в святая святых, он был один, и во всем этом было какое-то странное умиротворение… так что лишь приобретенные за время работы в Ла Пристли рефлексы позволили господину Марли молниеносно вжаться в нишу у прохода, когда абсолютно неожиданно распахнулась дверь кабинета Клариссы и до слуха Жана донеслось мягкое:
-… и не позднее следующей недели средства должны поступить на счет Ла Пристли.




- Но Кларисс…
- Нет-нет, это не было вопросом.
- Ты представляешь, о какой сумме идет речь?
- Разумеется, мой дорогой, я же лично посылала тебе расчёты.
- Я не в этом смысле… я… Кларисса, съемки в настоящих дворцовых интерьерах? Серьезно?!




- Коллекция бальных платьев требует соответствующего антуража.
- Почему вы не можете воспользоваться компьютерной графикой? В конце концов, проекция интерьеров, смонтированная, как в фильме?
- Лайонел, ты предлагаешь мне довольствоваться каким-то суррогатом?
- Это не суррогат… это… современные технологии… Кларисс, ты же знаешь, я…
- Я знаю, что ты, мой дорогой, глава совета директоров. И при желании, - голос madame прозвучал так бархатно, что на долю секунды даже Жан забыл о своей ориентации, - можешь быть таким настойчивым и убедительным… что тебе просто невозможно отказать.




- Кларисс, это запрещенный приём…
- Это мой любимый приём.




- Ты меня разоришь!
- Не драматизируй. Мы оба знаем, что в конце ты получишь куда больше, чем инвестируешь. Назови мне хоть один проект Ла Пристли, который бы не окупил себя?
- …
- Вот именно. И это уж точно куда более надежная инвестиция, чем проект малютки Лиззи с выставками.




- Что?.. Откуда ты…
- Откуда – это не так важно, а вот что имеет значение, так это факт, что здание выставочного центра, столь ей милое, на следующей неделе закроется на неопределенное время – у его владельцев, как выяснилось недавно и совершенно случайно, есть большие проблемы с финансовой отчетностью, а у налоговых инспекторов появились к ним некоторые вопросы.
…
…
- Ты чудовище! – до этой ночи Жан и предположить не мог, что подобная фраза может прозвучать с таким влюблённым восхищением.




- Боюсь, что не понимаю, о чем ты, дорогой. Я всего лишь стараюсь уберечь тебя от необдуманных трат, ибо финансам Элиас Кларк найдётся куда лучшее применение, не правда ли?..




Madame C. нравилась растительность – и в этот миг Жан как никогда был благодарен этому факту, ибо обильно украшавшие коридоры дома моды вазы и горшки с цветами сейчас гарантировали ему надежное убежище, в то время как инстинкт самосохранения крайне настойчиво рекомендовал всеми силами избегать встречи с мистером Форсайтом, который явно был бы крайне раздосадован, обнаружив, что их небольшой tet-a-tet с madame происходил при участии пусть и невольного свидетеля.






Подобное испытание требовало немедленной компенсации всех затраченных нервных клеток, а потому, убедившись, что гроза миновала, и пробравшись, наконец, в желанную комнату отдыха, первый стакан XuXu Жан принял не разбавляя и практически залпом.




Ядреный клубнично-спиртовой вкус был сейчас именно тем, что доктор прописал, так что, отдышавшись, следующую порцию напитка Жан приготовился уже смаковать «с толком, с чувством, с расстановкой» © и не забывая про фастфудное угощение, т.к. первый выпитый натощак бокал почти мгновенно отозвался обманчиво приятной легкостью в голове… которая, пожалуй, и спасла арт-директора, когда он услышал позади бархатное:
- Признаться, когда я говорила, что вы вольны проводить ночи, где вам заблагорассудится, господин Марли, я не думала, что вы воспримете эту фразу настолько буквально!




Разумеется, стоило испугаться. И что-то сказать. Хотя бы попытаться! Однако Жан неожиданно осознал, что у него сейчас нет сил даже на привычный ступор, и все, на что его хватило – это, глядя на madame, медленно поднести бокал к губам и осушить его так же, как первый – не отрываясь, в несколько глотков.
Сие действо, как ни странно, у железной леди вызвало лишь изумленно приподняты брови вначале – а затем легкую усмешку: «Весьма впечатляет, господин Марли! Возможно, теперь вы достаточно храбры, чтобы поведать мне и о поводах для подобного, - изящный жест в сторону стола с фастфудом - воистину Лукуллова пира?»
В теории Жан понимал, что ответить стоит максимально дипломатично – он и так явно ходил по очень тонкому льду, - но два стакана злополучной XuXu не оставляли шансов здравому смыслу, посему рыжеволосый арт-директор ляпнул первое, что крутилось в голове:
- Я инфантильный мудак.
Железная леди не зря звалась железной. Вот и сейчас, услышав столь нетривиальный ответ, madame лишь вновь чуть вскинула брови:
- Пожалуй, мартини. И два кубика льда, – получив же из рук Жана напиток, Кларисса Фредерика сделала пару глотков, явно наслаждаясь вкусом, а затем пристально взглянула на подчиненного:
- А теперь потрудитесь детализировать свой ответ, господин Марли!



- …. и вот поэтому я инфантильный мудак. – еще 2 бокала и полчаса спустя прочувствованно закончил свой нетрезвый монолог арт-директор – и потянулся за новой порцией ликера.
- Эта фраза уже звучала сегодня, господин Марли, – в отличие от своего подчиненного, madame C. выглядела столь же невозмутимо, как и в начале вечера, расслабленно устроившись на том самом диване, сбросив модно неудобные туфли и неторопливо затягиваясь традиционной ментоловой сигаретой. – А вот чего я не услышала до сих пор, так это каким образом вы собираетесь исправлять ситуацию?




- С моими способностями я её только усугубить могу. - Жан был чертовски пьян, это он понимал с убийственной ясностью, ибо в трезвом виде никогда не позволил бы себе подобной интонации в разговоре с начальством. Впрочем, Кларисса словно и не заметила его тона, уже увлеченная какой-то своей мыслью.
- Все эти ваши промахи были совершены публично - значит, и извинения должны быть соответствующими! Интервью в глянце… нет, слишком мелко и не масштабно… ТВ… да, пожалуй, телевидение.
- Он не смотрит такие передачи… - возражения сами собой замерли на губах у Жана. Он даже, кажется, слегка протрезвел от того, как хищно улыбнулась Кларисса и как опасно бархатно прозвучал ее голос:
- Эту передачу он посмотрит, господин Марли… И не только он!




Жан не кривил душой, говоря, что Селим не смотрит «такие» передачи – его друг… партнёр… возлюбленный от мира глянца был крайне далек, и потому вся шумиха, возникшая в прессе по поводу матримониальных планов главы Ла Пристли достигла его ушей разве что лишь чуть раньше, чем коллеги просветили Филиса. Разумеется, будучи детально посвященным в отношения между Жаном и его непосредственным начальством, в реальность этой свадьбы он не верил ни на секунду. Но за развитием событий следил с интересом, пытаясь понять, к чему всё идёт и отдавая должное тому, как виртуозно madame отвечала на вопросы, касающиеся будущей церемонии: всячески подтверждая грядущую помолвку, она ухитрилась ни разу напрямую не сказать, что оная состоится при ее участии.
Ну а учитывая, что сам Жан дома появлялся теперь еще меньше обычного, помимо работы перманентно занятый съемками и интервью с Клариссой, увидеть его хотя бы на экране было куда вероятнее, нежели в живую.






Вот и тем вечером, убирая со стола ужин и попутно общаясь с Жанной и Сольвейг, Селим не мог отказать себе в маленькой слабости – и включить передачу, анонс которой крутился на канале уже пару дней, обещая «скандалы-сенсации-интриги» ©




К чести его, слушал подобное Селим лишь вполуха, занимаясь, в основном, домашними делами – пока неожиданно не услышал с экрана собственное имя:
- …моего любимого человека. Я знаю, что ты сейчас смотришь эту передачу. И знаю, что очень облажался и виноват перед тобой. И поэтому сейчас я при всех хочу сказать, - тут голос Жана заметно дрогнул, однако, видимо, выражение лица madame, взгляд на которую он бросил украдкой, обещало крайне болезненную расправу в случае неудачи, потому как он быстро продолжил, - сказать, что… я очень люблю тебя, Селим. Давай поженимся!








Разумеется, произошедшее в студии имело эффект разорвавшейся бомбы, однако сам Селим уже не обращал на экран ни малейшего внимания, судорожно ища смартфон и набирая на нем знакомый номер.




На другом конце города в двухэтажном особняке все телевизоры были выключены, не давая узнать шокирующую развязку свадебной эпопеи, да и сам особняк был погружен в полумрак – почти все обитатели его уже спали в тот поздний час, когда Кларисса Фредерика, наконец, вернулась после скандальных съёмок домой, где ее ждал тот единственный человек, против чьего общества она никогда не возражала и который умел не задавать лишних вопросов, так что вместо вполне закономерных и логичных намёков, что неплохо бы-де объясниться, что это за разговоры про новое замужество, единственное, что услышала madame, было:
- Bonsoir, mon ange, устала?
- Безумно.
- Ванная?
- С пеной. И шампанского. И тебя. Не обязательно в такой последовательности.
- Полагаю, это вполне можно организовать.








И лишь существенно позже, когда все высказанные Кларой пожелания были удовлетворены, Филис все же поинтересовался:
- Так что там со свадьбой, ma belle?
- Тебе уже доложили?
- Во всех подробностях. И очень активно сочувствовали.
- Забавно: они сочувствуют тебе, что ты женат на мне – и сочувствуют, когда я от тебя ухожу… Ну а ты что считаешь?
- А я нескромно полагаю, что наше давнее и весьма близкое знакомство позволяет мне рассчитывать, что в случае, если ты и впрямь решишь еще раз выйти замуж, я узнаю об этом не из газет и в числе первых.
- Самым первым, je te promets!
- C’est bien, mon ange.




- Кстати, на свадьбе я все же буду присутствовать – и, надеюсь, вместе с тобой.
- Так она состоится?
- После такого предложения? Вне всяких сомнений!




И, надо признать, тут - как и во много другом – madame была абсолютно права, отказать Жану было просто невозможно, а потому, месяц спустя, действительно состоялась церемония: весьма камерная, с минимальным количеством гостей, но от того не менее красивая и романтическая: