Флавия росла совершенно чудесным ребенком, беспроблемным и позитивным. Лукас при виде дочери вздыхал и жалел, что она не мальчик. Флавия своим лепетом очаровывала всех заглянувших к ним в дом. Когда к Лукасу заглянули соседи узнать, как прошел ярмарочный день, купец Антуан больше возился с Флавией, чем слушал ее отца.
А вот угрюмый Ярослав Леско на малышку даже внимания не обратил. Но тот известный бука, конечно.
В дом Лавалей опять заглянула бодрая старушка Берия. И вновь с расчетами по налогам. Мол, задолженность -то вы погасили. Но наступил новый срок платежа. Лукас только за голову хватался. От хорошего урожая баклажанов пришлось отдать старостихе добрую часть.
Вот как тут накопить денежек? Тем более, что Юлианна опять родила. И опять девочку. Расстроенный Лукас, когда регистрировал малышку, не заметил, что монах в своей книге сделал ошибку. Приписал лишнюю букву. Так что Илану записали как Иланаз.
Юлианна крутилась, как белка в колесе. И дочками занималась, и на огороде успевала. За огородом смотреть надо лучше, чем за детьми. Кормилец он. А то ведь опять скоро срок налог платить.
А тут еще Лукас: давай пойдем за сыночком! Мы ведь не молодеем, на кого хозяйство оставим? Понятно, что тогда Флавию замуж надо выдавать, да примака в дом придется брать. А неизвестно, какой зять попадется!
Флавия смущалась, слыша такие разговоры про будущего мужа. В ее возрасте о таком не думают. Ей бы с подружками бегать и играть, только никаких детей в округе не наблюдалось, а сестренка совсем маленькая. Целый день куксится. Говорили, что для купеческих детей где-то в городе школу открыли. Учат читать и писать. Но все это не для крестьян.
И поэтому Флавия, чтобы маме помочь, возилась с грядками. Все какое-то развлечение.
А Лукас с Юлианной все надеялись найти клад. Но попадались только тряпки, да камни. А Юлианна докопалась до какого-то древнего водопровода. Вот только Лавалям хватало воды из озера. Поэтому водопровод закопали опять.
Флавию копать не взяли. Мол, мала еще, лопату не удержишь. А ей так хотелось делать что-то вместе с родителями. Поэтому Лукас стал показывать дочурке, как правильно подвязывать баклажаны. Флавия была просто счастлива.
Пока они работали, мимо два раза, туда и сюда, прошла старостиха Берия. Кажется, она заранее подсчитывала, сколько налога можно будет содрать с Лавалей.
Флавия, конечно, на постороннюю бабку внимания не обращала. Бабка такая старая, как будто живет вечно. О чем с ней говорить. Гораздо интереснее было искать в баклажанах вредных жучков да ловить рыбок. Они такие шустрые, так и норовят соскользнуть с крючка. А вот чей-то башмак наоборот. Еле Флавия его отцепила от крючка. Смешно. Как будто кто-то на дне пруда носит башмаки.
Родители все время говорили Флавии, что сестренка скоро подрастет, и они тогда будут вместе весело играть. К зиме Иланаз подросла. Но Флавия была разочарована. Толку с того, что у сестренки появились зубы и она научилась говорить. Играть с ней все равно было не интересно. Заберет у Флавии вырезанную отцом игрушку, обслюнявит всю. Тьфу!
К середине зимы за налогом наведалась старостиха. Кажется, она надеялась получить с Лавалей гораздо больше, раз взяла с собой помощника, да еще служебную собаку для охраны. Но Лукас только руками развел. Урожая, мол, и так было немного, да часть пошла на пропитание семьи.
А в теплицы Берия не зашла. Так что после ее ухода Флавия шустро обобрала все, что еще оставалось на кустах.
Вот теперь можно и повеселиться. Вот только соседка разломала слепленного Лукасом снеговика. Не дала достоять до весны.
Вот такие забавы в деревне зимой.
Правда, выбрался как-то Лукас с дочерью на ярмарку. Но так, погулять просто. Денег-то на покупки не было. Но хоть повеселились.
А пока их не было, в избе случился пожар. Видно, уголек из печки выпал. Хорошо, Юлианна не растерялась и быстро огонь затушила. Ничего не сгорело и они с Иланаз не пострадали.
Кажется и мужа ей уже присмотрели.
