Переправа на пароме оказалась сущим кошмаром — девочки без конца плакали и капризничали, а усталость после дороги только сильнее давала о себе знать.
Но стоило Луне ступить на остров и увидеть дом, в котором она выросла, как всё это мгновенно потеряло значение. Ради этого действительно стоило немного потерпеть.
Луна внимательно оглядела дом. Он заметно постарел, но было видно — за ним по-прежнему тщательно ухаживали. Фонтан неподалёку тихо журчал чистой водой, цветы были аккуратно рассажены по клумбам, а каменная дорожка идеально вычищена — ни единого следа мусора.
Луна удовлетворенно кивнула. Эльза никогда бы не позволила дому выглядеть запущенным.
— Ой, ну наконец-то мы добрались! У меня сейчас спина и руки отвалятся, — проворчала Жанна.
Всю дорогу ей пришлось держать Жаклин на руках, пытаясь хоть немного её успокоить.
— И не говори… — устало отозвался стоявший рядом молодой мужчина.
Он поставил чемоданы на землю и устало потер затекшие руки.
— Чего ты бухтишь, Ник? Тебе всю дорогу Лаура помогала, — тут же осадила брата Жанна.
— Она несла сумки, а я тащил ваши неподъемные чемоданы, — недовольно буркнул Ник.
— Чемоданы и правда слишком тяжёлые. Ты взяла слишком много вещей, Жанна, — неожиданно подала голос девушка, стоявшая чуть поодаль. Лаура была примерно одного возраста с сестрой, но вела себя куда спокойнее.
— Я вообще-то еду не одна, а с маленькими детьми, Лаура. Конечно, вещей много! — раздраженно ответила Жанна.
— Да-да… — Лаура лишь устало махнула рукой, явно не желая продолжать спор.
На руках у Луны сидела Жанин. Ещё на пароме она громко плакала и капризничала, но стоило им оказаться на суше, как девочка тут же успокоилась и теперь с любопытством разглядывала всё вокруг.
Её глаза горели живым, искренним удивлением, присущим маленьким детям. Для Жанин всё здесь было новым и удивительным.
Это было её первое настоящее путешествие.
Луна устало вздохнула. Сама дорога выматывала не так сильно, как бесконечные ссоры и взаимные препирательства детей.
Она обернулась, окинув взглядом старших, а затем снова посмотрела на Николаса:
— Оставь пока чемоданы, Ник. Сейчас зайдём в дом и попросим кого-нибудь помочь. Макс наверняка уже здесь, да и Дилан должен был приехать раньше нас.
— Да уж, помощь нам бы очень пригодилась, — пробубнил Николас, с трудом опуская чемоданы на землю. — Я ведь говорил тебе, мам, надо было согласиться, чтобы нас встретили ещё в городе.
Было видно, что тяжёлый багаж давался ему нелегко.
— Боги, Ник, хватит ныть! — тут же вспыхнула Жанна. — Тебя впервые за долгое время попросили поднять что-то тяжелее твоих книг, и теперь ты собираешься напоминать нам об этом всё утро?
— Впервые? Я постоянно вам помогаю, просто ты всегда воспринимаешь это как должное, Жанна. От тебя даже «спасибо» порой не дождёшься, — обиженно отозвался Николас.
Было видно, что слова сестры его задели. Он и правда старался помогать семье как мог, но, похоже, не все это ценили.
— Я была бы более щедра на благодарность, если бы мне каждый раз не напоминали об этом и не выставляли так, будто это что-то невероятно тяжёлое, — парировала Жанна.
Она была слишком упрямой, чтобы отступить или позволить кому-то другому оставить за собой последнее слово.
Лаура молчала.
Этот бесконечный круг обид и ссор казался замкнутым и неразрывным. Всё повторялось снова и снова, как заезженная пластинка. От одного только голоса Жанны у Лауры начинала болеть голова, и ей хотелось просто скрыться от этого шума.
— Как же мне всё это надоело… — произнесла она вполголоса.
— Так, достаточно. Ник, Жанна, закройте эту тему с чемоданами. Мы добрались, нужно отнести девочек в дом и уложить их спать, — резко прервала разгорающуюся ссору Луна.
Она приехала сюда, чтобы провести время с семьёй, и не собиралась позволять мелким спорам испортить эти выходные.
Послышался тихий скрип, и массивные входные двери распахнулись. Жанин с любопытством уставилась на женщину, которая вышла на крыльцо и начала спускаться им навстречу.
— Луна! — кто-то громко окликнул её по имени. — Наконец-то вы добрались. Как же хорошо, что ты всё-таки смогла приехать в Винденбург.
— Эльза! — радостно воскликнула Луна.
Именно Эльзе пришла в голову идея собрать всех вместе на выходные. Сначала Луна не восприняла эту затею всерьёз. Ей хотелось поехать, но куда разумнее казалось остаться дома и взять дополнительные смены.
Однако позже Эльза рассказала ей о своей задумке с Деннисом, и после этого Луна уже ни минуты не сомневалась. Она твёрдо решила приехать в Винденбург, чтобы поддержать Софию. К тому же Луна давно обещала лучшей подруге, что они наконец встретятся.
Джина и Томас со всех ног неслись по каменной дорожке к дому. Они ждали эту поездку едва ли не больше всех.
Конечно, и в Сан-Мишуно всегда находилось чем заняться — шумные улицы, игровые площадки, друзья по соседству. Но здесь в их распоряжении был целый остров, море буквально под боком, а в доме дяди Хьюго ещё и огромный бассейн. И наверняка взрослые уже купили мороженое.
Разве можно было придумать что-то лучше для летних каникул?
— Тётя Эльза! — наперебой закричали дети.
Их звонкие голоса разнеслись по двору, нарушая спокойную утреннюю тишину.
Эльза невольно улыбнулась, наблюдая, как Джина и Томас бегут ей навстречу. Они были примерно одного возраста с её младшими детьми и уже успели подружиться с Питером и Ванессой. А значит, сегодня у них будет большая компания для игр и новых приключений.
— Джина, Томас, как же давно я вас не видела. А вы заметно подросли, — Эльза приобняла детей и ласково погладила их по голове.
— Правда?! — тут же оживился Томас. — Я вычитал в каком-то журнале, что если каждый день делать растяжку, то станешь выше. А я не хочу быть ниже Андре и Луи, когда вырасту.
— Вот как? — Эльза тихо рассмеялась. — Что ж, думаю, это вполне неплохой план.
— Спасибо, что пригласили нас, — мягко сказала Джина.
— Ну что ты, Джина, — тепло ответила Эльза. — Я всегда рада вас видеть. Так что приезжайте почаще.
— А у вас есть мороженое? — неожиданно спросил Томас. В его глазах читалась искренняя надежда на положительный ответ.
— Томас, это невежливо! — тут же одёрнула его Джина. — И вообще, сейчас раннее утро. Мы даже не завтракали.
— Но я же просто спросил, — искренне удивился Томас. — Ты ведь тоже хотела мороженое. Разве нет?
Эльза невольно улыбнулась.
— Думаю, в доме найдётся мороженое. Но Джина права — для десерта сейчас ещё рановато. Если немного потерпите, вас будет ждать двойная порция.
— Класс! — мгновенно просиял Томас.
— Что ж, тогда бегите в дом. Вас там уже заждались. А я пока поздороваюсь с вашей мамой, — сказала Эльза, переводя взгляд на Луну, которая всё это время молча наблюдала за происходящим с улыбкой.
— Только тебе могло хватить смелости собрать под одной крышей такую толпу детей, Эльза, — пошутила Луна, когда близнецы умчались к дому.
— Большинство из них вообще-то мои, так что одним больше, одним меньше, — невозмутимо ответила Эльза.
Луна рассмеялась.
Эльза подошла к подруге и мягко положила руку ей на плечо.
— Хорошо, что ты всё-таки смогла приехать. Тебе и твоей семье давно нужно было выбраться куда-нибудь и сменить обстановку. К тому же София будет очень рада тебя видеть.
— Знаю, — Луна слегка улыбнулась. — Я столько раз обещала ей встретиться, но постоянно увязала в работе и бесконечных делах. Да и не хотела лишний раз нагружать её своими проблемами.
— Всё нормально, Луна, — спокойно ответила Эльза. — Ты же знаешь Софию. Её таким не испугаешь.
— Кстати, когда они приедут? Я так давно не видела её детей. Как там Симона, Терри и... — Луна внезапно осеклась.
Она вовремя вспомнила, что имя Денниса сейчас лучше не произносить вслух. Николас мог услышать их разговор.
— Даже не верится, что мы снова увидим их всех вместе.
— Да, мне тоже, — коротко ответила Эльза.
На мгновение между ними повисло молчание.
— Ты сильно рискуешь, Эльза, — наконец тихо сказала Луна. — Но я всё понимаю. И очень надеюсь, что у тебя получится.
— Эм... здравствуйте. И да, давно не виделись. Но обниматься совсем не обязательно, — торопливо бросила Лаура, проходя мимо и лишь коротко махнув рукой.
Эльза удивлённо проводила её взглядом.
Такое поведение было совсем не похоже на Лауру. Обычно она всегда оставалась вежливой, приветливой и охотно поддерживала разговор. Возможно, что-то случилось по дороге сюда.
Впрочем, Лаура сейчас переживала непростой подростковый возраст, а с подростками редко бывает легко. Кажется, Луна уже не раз упоминала, что в последнее время они стали хуже ладить.
Но сейчас Эльза решила не заострять на этом внимание. Сегодня у неё были другие заботы.
Ей предстояло сосредоточиться на Деннисе и Дилане.
— Лаура! — недовольно окликнула дочь Луна. — Это ещё что такое? А ну вернись и нормально поздоровайся.
— А вы ещё говорите, что это я грубая и невоспитанная, — не упустила возможности вставить Жанна.
Эльза лишь покачала головой и примирительно улыбнулась.
— Всё нормально. Наверняка она просто очень устала после дороги.
Луна проводила дочь недовольным взглядом, а затем тяжело вздохнула.
Похоже, разговоров о подростковом возрасте ей в последнее время хватало с избытком.
Вдруг Жанин, всё это время сидевшая на руках у бабушки и внимательно наблюдавшая за взрослыми, решила напомнить о себе:
— А-а!
Эльза улыбнулась и осторожно коснулась ручки девочки, внимательно наблюдая за её реакцией, чтобы ненароком не напугать. Но Жанин была совершенно не против. Она смотрела на неё своими большими карими глазами с огромным интересом.
— О, а кто это у нас тут? — игриво спросила Эльза. — Напоминаешь о себе, чтобы с тобой тоже поздоровались?
— Жанин, смотри, это тётя Эльза, — сказала Луна. — Именно она пригласила нас всех к себе в гости.
— А ты заметно подросла с нашей последней встречи.
В ответ Жанин радостно что-то залепетала на своём детском языке, понятном, кажется, только ей самой.
Эльза внимательно посмотрела на девочку и невольно улыбнулась.
— Ты права, Луна. Она очень похожа на Жанну в детстве.
— Только улыбается гораздо чаще и куда охотнее сидит на руках, — с усмешкой заметила Луна.
— Я подготовила для них отдельную комнату на втором этаже, так что не переживай. Они смогут как следует выспаться до обеда.
— Это хорошо, — кивнула Луна. — Ночь выдалась беспокойной. В поезде они совершенно не хотели спать, так что сейчас им просто необходим отдых. К тому же я пообещала Софии привезти девочек и познакомить их.
Она ласково прижала Жанин к себе и поцеловала её в щёку.
— Мы же не хотим быть сонными и капризными, когда будем знакомиться с тётей Софией, правда, Жанин?
Девочка в ответ что-то довольно залепетала на своём языке и потянулась к бабушке.
— Если вы ищете капризную и вечно недовольную, то она у меня на руках, — Жанна подошла ближе.
На её руках спала вторая девочка. Голова малышки покоилась на плече матери, а одной рукой она крепко обнимала её за шею, словно не желая отпускать даже во сне.
— Жанна, дорогая, как ты? — Эльза тепло обняла девушку.
Хотя Жанна совсем недавно стала матерью, она всё ещё оставалась подростком, и Эльза прекрасно понимала, насколько непросто ей приходится.
— Я совру, если скажу, что всё отлично и замечательно, — с лёгкой улыбкой призналась Жанна. — Но и не так уж плохо. Мы пока справляемся.
— А это Жаклин? Устала, бедняжка, — спросила Эльза, кивнув на спящую девочку.
Жанна кивнула.
— Да. Всю дорогу капризничала и плакала. Даже мне не удалось её успокоить. Только сейчас наконец так устала, что уснула.
Она осторожно поправила выбившуюся прядь волос со лба дочери и невольно улыбнулась.
— Да, с маленькими детьми любая долгая дорога превращается в испытание, — понимающе кивнула Эльза. — Но подожди, сегодня тебя здесь будет ждать целая армия опытных мам с советами на все случаи жизни. Надеюсь, ты не пожалеешь, что приехала. Главное — запастись терпением.
Луна тихо рассмеялась.
— Я бы всё равно приехала, — решительно заявила Жанна. — В Сан-Мишуно здорово, но мне всегда нравилось проводить лето здесь, на острове. Будет здорово показать девочкам море.
— Думаю, это вполне можно устроить, — задумчиво произнесла Эльза.
Она уже мысленно прикидывала, как лучше организовать такую прогулку.
Неподалёку всё это время стоял Николас. В разговор он не вмешивался и лишь терпеливо ждал, когда его наконец заметят.
Взгляд Эльзы скользнул за плечо Жанны, и она заметила чемоданы и стоящего рядом парня. Только сейчас она с лёгким уколом вины осознала, что всё это время просто не обращала на него внимания.
— Боги, Ник! Ты всё это время стоял и ждал? Прости, что не заметила тебя сразу. Как ты? — с искренним участием спросила она.
— Всё нормально, спасибо. Я просто стоял в сторонке и отдыхал, чемоданы чертовски тяжёлые, — ответил Николас.
Но Эльза знала, что это «нормально» было лишь словами.
Ник недавно пережил развод, и это всё ещё давило на него. Он часто винил себя, а нелюбимая работа отнимала последние силы. Луна сильно переживала за старшего сына: он осунулся, плохо спал и почти не следил за тем, как питается.
Ему нужна была поддержка.
Эльза надеялась, что если он не готов поговорить с матерью, то, возможно, найдёт в себе силы открыться Максу или Дилану.
— Мне бы не помешала помощь с этим, — Ник кивнул в сторону чемоданов.
— Конечно, сейчас я попрошу кого-нибудь тебе помочь, — ответила Эльза.
Эльза завела в дом Луну и Жанну.
Внутри уже слышались громкие разговоры и детский смех, доносившийся с кухни. Когда они пересекли гостиную, краем глаза Эльза заметила Лауру — она стояла рядом с Жаном и Шарлоттой.
— Вот это да! Смотри, кто к нам приехал! — радостно выкрикнул Жан.
— Привет, Лаура. Выбралась наконец к нам? — с улыбкой спросила Шарлотта.
В отличие от Жанны, которая регулярно звонила и переписывалась с ними в общем чате, Лаура была куда более сдержанной в общении и вполне могла месяцами не давать о себе знать.
Рядом с Жаном и Шарлоттой стояла ещё одна девушка, которая нервно теребила браслет на запястье. Она застенчиво произнесла:
— Привет, я… эм…
Было видно, что она сильно волнуется и не совсем понимает, как себя вести.
— Дженна. Я права? Я была на свадьбе дяди Макса и твоей мамы, так что хорошо тебя помню, — приветливо улыбнулась Лаура.
— Да она всегда так, — с усмешкой заметила Шарлотта. — Мелани уже вовсю бегает на своих ногах, а ей всё кажется, что никто в этой семье её не знает.
— Нет! Я просто… — тут же запротестовала Дженна, но осеклась. — Я на всякий случай, — закончила она и смущенно опустила глаза.
Жан перевёл взгляд в сторону лестницы. Как раз в этот момент мимо них проходила Жанна с ребёнком на руках.
— Обалдеть, — тихо произнёс он, провожая её взглядом. — До сих пор не могу поверить, что Жанна стала матерью.
— Двойня, верно? Наверное, это очень тяжело... — с сочувствием сказала Дженна, тоже наблюдая за гостями.
— Это ещё мягко сказано, — хмыкнула Шарлотта.
Жан усмехнулся, а затем снова посмотрел на Лауру.
— Как добрались?
На мгновение Лауру вновь захлестнуло раздражение. Она сжала губы, пытаясь взять себя в руки.
— Отвратительно, — всё же вырвалось у неё.
Жан и Шарлотта удивлённо переглянулись.
— Бесконечные сопли, слюни и крики. Подай это, подай то, не шуми, развлекай младших, помоги переодеть и так далее. Меня постоянно дёргали. Жанна родила, и теперь все вокруг должны ходить перед ней на цыпочках и бежать помогать. Надоело.
Только договорив, Лаура поняла, что сказала это слишком резко.
Она отвела взгляд и уже спокойнее добавила:
— Главное, что мы всё-таки доехали. Хотя бы пару дней смогу заняться своими делами... или просто нормально выспаться наконец.
От внимательной Шарлотты не укрылась реакция кузины.
Это было не обычное раздражение после тяжёлой дороги. В словах Лауры чувствовалось что-то более глубокое — почти открытая неприязнь к Жанне. Раньше Шарлотта никогда не замечала за ней ничего подобного.
Похоже, в отношениях сестёр что-то изменилось. И явно не в лучшую сторону.
Шарлотта мысленно решила позже поговорить с Лаурой и осторожно выяснить, что происходит. Но сейчас момент был неподходящий.
Впереди были целые выходные. Она надеялась, что завтра найдётся возможность спокойно расспросить кузину обо всём.
— Комната наверху, по коридору направо... — начала Эльза, но её взгляд то и дело возвращался к двери кухни.
Сквозь тёмное стекло едва угадывались силуэты людей, однако ей даже не нужно было видеть их, чтобы понять, кто находится внутри. Нужный голос она узнала бы из сотни других.
— Всё в порядке, Эльза. Я выросла в этом доме, так что мы не заблудимся, — с лёгкой улыбкой сказала Луна, заметив, что подруга явно отвлеклась на что-то другое. — Мы сами уложим девочек, а ты пока попроси кого-нибудь помочь Нику.
Эльза благодарно кивнула.
Жанна и Луна поднялись по лестнице на второй этаж, а Эльза осталась внизу.
— Макс! Дилан! — громко позвала она.
Ответа не последовало.
Эльза недовольно вздохнула и прислушалась. Из кухни по-прежнему доносились голоса, смех и оживленные разговоры. Похоже, там было слишком шумно, чтобы её оклик услышали с первого раза.
Поэтому Эльза решительно направилась к двери, намереваясь открыть её самой.
Чем ближе она подходила к кухне, тем отчетливее слышала царивший там шум. Из-за двери доносились громкие голоса, смех и даже топот ног.
Не успела Эльза дотянуться до дверной ручки, как дверь резко распахнулась.
Она едва успела отступить в сторону, чтобы её не сбили с ног вылетевшие в гостиную мальчишки.
— Я первый! — радостно провозгласил Питер, проносясь мимо.
— А ну с дороги! — кричал Луи, пытаясь его обогнать. — Никто не встанет между мной и игровой приставкой. Я буду первым!
— Эй, ну вы чего?! — возмутился Томас, бежавший следом. — Мы же договорились не толкаться и не мешать друг другу!
Томас, Луи и Питер наперебой кричали, толкались и пытались перекричать друг друга. Судя по всему, они устроили какое-то соревнование.
— Луи, мы вообще-то гости! — возмутился Томас на бегу. — Ты и так можешь играть в приставку хоть каждый день.
— А вот и нет! — тут же нашёлся Луи. — Андре жадный и почти не даёт мне её. Говорит, что я криворукий и обязательно что-нибудь сломаю.
— Но я прибежал первым, значит, первым и играю! — упрямо заявил Питер.
— Нет, это я первый!
— Неправда, я первый!
Последние слова Томас и Луи выкрикнули одновременно.
Кажется, ни один из них не собирался уступать.
Эльза лишь неодобрительно цокнула языком.
Эта троица неслась по дому сломя голову, совершенно не замечая ничего вокруг. В любой другой день она бы обязательно сделала им замечание, но сегодня решила проявить снисходительность. Всё-таки праздник, гости только приехали, а дети были слишком рады встрече друг с другом.
Однако где же остальные?
Стоило этой мысли промелькнуть у неё в голове, как из кухни показались остальные дети. В отличие от своих более шумных товарищей, они вышли спокойно, без спешки и лишней суеты.
— Эй, вы! — сердито топнула ногой Ванесса, провожая взглядом убегающих мальчишек. — Вы что творите?! Вам же сказали, что бегать по дому нельзя!
— Ура, бег наперегонки! — радостно вскрикнула Иви, вскинув руки вверх.
Похоже, вся эта затея приводила её в полный восторг.
— Не думала, что они воспримут это настолько серьёзно, — с недоумением произнесла Лори. — Говорили,что больше на поводу у Андре не пойдут. А он взял и заставил их соревноваться за право сыграть первым на игровой приставке.
— Кажется, они и правда очень этого хотят, — захихикала Джина.
Позади остальных неторопливо шёл Андре.
На его лице играла самодовольная улыбка человека, который прекрасно понимал, что именно он стал причиной всего этого хаоса. Судя по его виду, оправдываться он совершенно не собирался.
На кухне остались взрослые и Мелани, которая вызвалась помочь разобрать продукты.
Хьюго, как обычно, хлопотал у плиты — ему предстояло кормить эту толпу ближайшие пару дней. К счастью, многолетний опыт шеф-повара был сейчас как нельзя кстати.
Напротив него стояли Макс и Дилан, о чём-то разговаривая.
— Он всегда говорит, что он законопослушный и никогда ничего не нарушал, — с загадочной улыбкой произнёс Макс, кивнув в сторону Хьюго. — А я вот точно знаю, что он однажды давал взятку.
— Чего?! Взятку?! — удивлённо переспросил Дилан. — Дядя Хьюго?! Не верю!
Макс усмехнулся и продолжил:
— Я как-то, будучи мальчишкой, проколол шины какому-то ушлому юристу, который доставал моего отца. Офицер полиции меня поймал, и вот тогда Хьюго “откупился” своими фирменными пончиками — и тот согласился всё замять.
Закончив рассказ, Макс тихо рассмеялся, явно вспоминая этот случай из детства.
Хьюго тепло улыбнулся.
— Мне просто не хотелось, чтобы тебя забрали в полицейский участок. А тот офицер оказался на удивление понимающим и даже милым.
«Ну конечно. Истории про взятку пончиками...» — мысленно хмыкнула Эльза.
Интересно, будет ли он когда-нибудь рассказывать это своим внукам?
Она тут же мысленно поправила себя.
Конечно будет.
А потом ещё и приукрасит детали.
— Макс, я велела тебе присматривать за детьми, а ты тут сказочки рассказываешь, — произнесла она вслух, заходя на кухню.
— Сейчас они всё равно на месте не усидят. Не приковывать же мне их к батарее, — невозмутимо ответил Макс.
Эльза лишь тяжело вздохнула.
Вообще-то ему было достаточно один-два раза посмотреть на детей своим фирменным взглядом, чтобы они моментально стали тише воды и ниже травы. Но, похоже, сегодня Макс решил играть роль доброго дяди и закрыть глаза на небольшие шалости.
— Раз вам больше нечем заняться, кроме как рассказывать друг другу старые истории, тогда иди с Диланом и помогите Нику с чемоданами, — распорядилась Эльза, поманив их рукой.
— А, значит, Луна приехала, — произнёс Макс с лёгкой улыбкой.
Когда-то он считал старшую сестру занудной и слишком навязчивой, но с годами их отношения заметно улучшились. Впрочем, идеальными их всё равно нельзя было назвать.
— Мел! А ну стоять! Куда это ты руки тянешь?! — внезапно раздался громкий женский голос.
Эльза на мгновение отвлеклась и посмотрела в сторону стола.
Пока взрослые разговаривали, Мелани решила воспользоваться ситуацией и уже тянулась к чему-то явно очень интересному.
— Ладно, пошли поможем нашему книжному червю, — усмехнулся Макс, обращаясь к Дилану.
Тот кивнул, и они направились во двор.
Сама Эльза повернулась к лестнице. Нужно было подняться наверх и помочь Луне с Жанной устроиться после дороги.
Но, бросив последний взгляд на кухню, она заметила, что Эви явно недовольна поведением дочери.
Мелани скоро должно было исполниться три года, и хлопот от неё становилось всё больше.
Что поделать — отцовский характер уже давал о себе знать.
— Так не годится, Мел. Ты сказала, что хочешь помочь, а сама решила потихоньку стащить шоколад! — возмущалась Эви.
За Мелани приходилось постоянно присматривать. Стоило взрослым хоть ненадолго отвлечься, как девочка тут же находила себе какое-нибудь приключение.
Эви взяла дочь под руки и осторожно поставила на пол.
Дафна, стоявшая неподалёку, с улыбкой наблюдала за этой сценой.
Ей ещё не доводилось проводить много времени с семьёй Дилана, поэтому сейчас она с интересом присматривалась к каждому из них. Большинство родственников она знала лишь по рассказам самого Дилана или по редким встречам на семейных праздниках.
И чем дольше она наблюдала, тем отчетливее понимала, насколько шумной, большой и удивительно была эта семья.
Мелани недовольно поджала губы и обиженно надулась.
По её мнению, ничего ужасного она не сделала. Во всяком случае, точно не заслужила такого строгого выговора.
К тому же девочку искренне расстраивало другое — её маленькая операция провалилась.
А ведь до шоколада оставалось совсем чуть-чуть.
Мелани тяжело вздохнула. Иногда взрослые вели себя очень странно.
Неужели им жалко немного шоколада?
Дверь на кухню распахнулась, и из коридора донеслись тяжёлые шаги и мужские голоса.
Разобравшись с чемоданами, Николас и Дилан возвращались обратно, о чём-то негромко переговариваясь между собой. Следом за ними неспешно шёл Макс.
Судя по всему, по дороге они успели найти тему для разговора.
— Чтоб тебя, Ник! Такое чувство, будто сто лет тебя не видел! — громко рассмеялся Дилан.
Не раздумывая ни секунды, он со всей силы хлопнул кузена по спине.
Николас от неожиданности пошатнулся и едва не потерял равновесие.
— Зарылся в своих книжках и не выходишь никуда, небось. Не будь таким ботаником, Ник, тебе надо чаще выбираться из дома, — с улыбкой продолжал Дилан и снова хлопнул кузена по спине.
Николас едва заметно поморщился.
Удар был такой силы, что на мгновение ему показалось — это не рука человека, а что-то вроде биты или тяжёлого инструмента.
Дилан, конечно, всегда был физически крепким, но, похоже, армейская служба только добавила ему силы.
— Эй, больно вообще-то! — наконец возмутился Николас. Если он промолчит сейчас, Дилан точно оставит ему синяк на спине.
— Чего? Неужели так сильно больно? — искренне удивился Дилан. — Я же легонько.
— Легонько? Чем вас там в армии кормят?! — недоумевал Ник.
Макс лишь усмехнулся, наблюдая за перепалкой кузенов.
Служба в армии явно пошла Дилану на пользу — физически он был в отличной форме. Проблема была в другом: с дисциплиной у него, похоже, всё ещё оставались вопросы.
— Ай, да не будь ты такой неженкой, Ник! Я знаю, что ты скучал, сидя в одиночестве в своей квартирке, — снова хохотнул Дилан и сгреб Ника в охапку. — Лучше расскажи, как ты там после развода?
— Нормально у меня всё, — буркнул Николас. Тяжёлая рука Дилана крепко сжимала его, и он с трудом мог пошевелиться. Некоторые вещи, похоже, не менялись: в детстве Дилан так же вечно хватал его, и теперь, несмотря на разницу в возрасте, ничего не изменилось. — И мы ведь договорились не поднимать тему развода.
— Да, договорились, — невозмутимо кивнул Дилан. — Поэтому я спрашиваю не про развод, а про то, как у тебя дела после него.
Он явно даже не считал это нарушением.
Мимо них прошла Эви, выпроваживая дочь с кухни после недавней попытки кражи шоколада.
— Никакого шоколада до обеда, — строго сказала Эви.
Мелани только сильнее насупилась и демонстративно отвернулась.
Сердито топая маленькими ножками, она направилась прочь, всем видом показывая своё глубокое несогласие с таким несправедливым миром взрослых.
— И даже не думай выпрашивать его у других, — продолжила Эви всё тем же строгим и твёрдым голосом. — Я всех предупредила: если кто-то поделится с тобой шоколадом, наказаны будут оба. И не вздумай дуться. Будешь упрямиться и злиться — сегодня вообще останешься без сладкого. Так что веди себя хорошо, Мелани Виллареаль.
Девочка в ответ что-то недовольно пробурчала себе под нос.
После чего развернулась и направилась к выходу из кухни с таким видом, будто мысленно уже составляла план мести всем причастным к этой чудовищной несправедливости.
Эви проводила дочь взглядом и только покачала головой.
Макс, всё это время молча шедший позади Николаса и Дилана, вдруг ускорил шаг.
Поравнявшись с ними, он положил руки обоим на плечи и спокойно произнёс:
— Жаль прерывать вашу беседу, парни, но давайте-ка выйдем на улицу. Подышим свежим воздухом.
Он едва заметно кивнул в сторону двери, ведущей во внутренний дворик с бассейном.
— А? Чего это ты вдруг? — удивился Дилан. — Мы только что с улицы пришли.
Он внимательно всматривался в лицо отца. Ещё секунду назад Макс выглядел расслабленным, но теперь его взгляд стал заметно серьёзнее.
Николас тоже почувствовал перемену в настроении.
Однако, в отличие от Дилана, задавать вопросы не стал.
Видя, что сын не спешит соглашаться, Макс посмотрел на него и уже более серьёзно произнёс:
— Есть разговор. Весьма неприятный. Особенно для тебя, Дилан.
Он сделал небольшую паузу, внимательно наблюдая за реакцией сына.
Дилан нахмурился. В его взгляде мелькнуло беспокойство, но расспрашивать он не стал.
— Поэтому давайте выйдем.
Ник почувствовал, как внутри всё неприятно сжалось.
По лицу дяди было ясно: речь пойдёт о чём-то серьёзном. Очень серьёзном.
Вот только что именно произошло, он даже представить себе не мог.
Дафна стояла неподалёку и невольно слышала каждое слово.
Она старалась ничем не выдать своего интереса, продолжая делать вид, что занята другими делами. Однако, когда Дилан направился к двери вслед за отцом, её взгляд сам собой задержался на нём.
Что-то в голосе Макса ей не понравилось.
Слишком серьёзный.
Слишком непривычный.
Дафна почувствовала лёгкую тревогу.
О чём мог быть этот разговор?
Дафна нерешительно замерла посреди кухни.
Всего несколько минут назад здесь было шумно: звучали голоса, смех, кто-то спорил, дети носились по дому. Теперь же кухня внезапно опустела, и она осталась наедине со своими тревожными мыслями.
Наверное, стоило уйти.
Но одно из кухонных окон выходило прямо во внутренний двор.
Дафна невольно посмотрела туда.
Дилан стоял рядом с отцом. Даже на таком расстоянии она заметила, как он хмурится и как напряжённо держит плечи.
И в этот момент все сомнения исчезли.
Нет, никуда она не уйдёт.
Возможно, подслушивать было неправильно. Да и слов она, скорее всего, всё равно не разберёт. Но ей хотелось остаться рядом.
Просто чтобы знать, что происходит.
И чтобы видеть Дилана.
Выйдя во внутренний двор, Макс глубоко вдохнул свежий утренний воздух.
Солнце уже поднималось над горизонтом. Совсем скоро прохлада окончательно уступит место летней жаре, и эти несколько часов останутся последними спокойными часами дня.
Он окинул взглядом двор.
Большой деревянный стол был уже подготовлен к предстоящим семейным посиделкам. Рядом стояли ряды стульев, а на одной из террас громоздилась посуда, которую ещё предстояло расставить. Всё говорило о том, что впереди их ждут шумные выходные в кругу семьи.
Это могла бы быть по-настоящему тёплая семейная встреча.
Могла бы.
Однако обстоятельства решили иначе.
— Так что за разговор, который мне не понравится? — недовольно нарушил тишину Дилан.
Макс не ответил.
Он даже не обернулся.
Ему не нужно было смотреть, чтобы знать: Дилан сейчас сверлит его взглядом, а Николас стоит рядом и молча ждёт объяснений.
В голосе сына ему снова послышался упрёк.
Или, может быть, он просто слишком привык его слышать.
Так было почти каждый раз с тех пор, как умер Жак.
Его отец.
Дед Дилана.
После его смерти многое изменилось. И хотя за последние годы отношения между Максом и сыном стали заметно лучше, иногда ему всё ещё казалось, что Дилан продолжает искать в нём недостатки, сравнивая с человеком, которого они оба потеряли.
Макс задумчиво смотрел на каменную дорожку. Как же всё-таки он ненавидел подобные разговоры.
Серьёзные, неприятные, способные одним неосторожным словом всё испортить. Но, кроме него, сделать это было некому.
Он уловил за спиной едва заметный шорох и почти физически ощутил, как терпение Дилана начинает иссякать.
Макс невольно усмехнулся.
Горько и устало.
Они и правда были слишком похожи. Оба ненавидели ждать.
Оба терпеть не могли неизвестность.
И оба начинали злиться, когда чувствовали, что от них что-то скрывают.
Тянуть дальше не было никакого смысла.
Макс резко развернулся к парням и сложил руки на груди.
Он видел, что Дилан уже собирается что-то сказать, поэтому заговорил первым:
— У меня для вас важная новость.
На несколько секунд воцарилась тишина.
— Сегодня на нашу милую маленькую семейную встречу придёт Деннис Бьергсен.
Макс произнёс это спокойно и без лишних предисловий.
Он не стал объяснять, как всё это получилось, кто был инициатором этой затеи и почему решение уже принято.
Сейчас это не имело значения.
Главное было сказано.
Макс замолчал, давая обоим время осмыслить услышанное.
Макс внимательно всматривался в лица парней. Их реакцию он предугадал ещё до того, как произнёс имя Денниса.
Конечно, Дилан был зол. И имел на это полное право.
Его глаза вспыхнули недобрым огнём, брови сошлись на переносице, а челюсть напряжённо сжалась. Сейчас он напоминал молодого волка, готового в любой момент оскалиться и броситься в драку.
Николас выглядел иначе. Ошарашенным. Потрясённым.
Словно услышал то, чего никак не ожидал услышать этим утром.
Свою злость на Денниса он растратил много лет назад. Всё, что осталось после неё, — усталость и старые раны, которые давно перестали кровоточить, но так и не исчезли окончательно.
— Чёрта с два! — выпалил Дилан. — Пусть катится в Бездну. Никто его в этом доме не ждёт.
— Ждёт, — жёстко ответил Макс. — Я разрешил ему сюда прийти.
Слова прозвучали спокойно, но в них не было ни капли сомнения.
Макс внимательно наблюдал за сыном. Он видел, как потемнел его взгляд. Как напряглись скулы. Как пальцы медленно сжались в кулаки.
Гнев нарастал с каждой секундой, наполняя Дилана до краёв.
Макс слишком хорошо знал этот взгляд. Ещё немного — и сын сорвётся.
Николас был слишком ошарашен услышанным, чтобы сразу понять, что происходит.
Сначала до него донёсся какой-то резкий скрежет, словно камень с силой ударился о камень.
Этот звук заставил его очнуться и вернуться к реальности.
Что-то стремительно промелькнуло совсем рядом, и он почувствовал лёгкий порыв ветра.
Лишь спустя мгновение до него дошло, что это был Дилан.
Тот буквально сорвался с места.
Ещё секунду назад он стоял рядом, а теперь уже стремительно шагал вперёд, движимый своей яростью быстрее, чем успевал думать.
Краем глаза Николас увидел перекошенное от ярости лицо Дилана. Увидел, как тот резко вскинул руку.
И в этот момент его словно ударило током.
Рука Дилана была сжата в кулак. Он замахивался. Для удара.
На одно короткое, страшное мгновение Ник перестал дышать.
Мысль о том, что Дилан может ударить собственного отца, привела его в настоящий ужас.
Нет.
Только не это.
Его собственной реакции было недостаточно, чтобы остановить удар. Да и куда ему? В таком состоянии Дилана мог остановить разве что Теренс.
Или его отец. Но Макс даже не шелохнулся.
Николас лихорадочно пытался понять, что делать.
Броситься вперёд? Перехватить его? Он не успеет.
Всё происходило слишком быстро.
Тогда, повинуясь скорее инстинкту, чем здравому смыслу, он выкрикнул:
— Дилан, стой! Не надо!
Голос прозвучал громче, чем он ожидал. Это было всё, что он мог сделать. Всё, на что оставалось надеяться.
Докричаться до кузена, пока ещё не поздно.
Кулак Дилана пронесся всего в нескольких сантиметрах от лица Макса. В последний момент он разжал пальцы, превратив удар в резкий взмах ладонью, который лишь рассек воздух.
Николас шумно выдохнул.Только сейчас он понял, что всё это время задерживал дыхание.
Но облегчение оказалось преждевременным. Напряжение никуда не исчезло.
Наоборот. Оно стало почти осязаемым.
— Как ты мог?! — выкрикнул Дилан.
В этом крике смешалось всё: гнев, обида, разочарование и чувство предательства.
Слова ударили гораздо сильнее любого кулака. Но Макс не отвел взгляда. Не отступил. Не попытался оправдаться.
Он продолжал молча смотреть сыну прямо в глаза, позволяя ему выплеснуть наружу всё своё негодование.
— Ты... ты... — голос Дилана дрожал от переполнявших его эмоций.
Он резко провёл рукой по лицу, пытаясь взять себя в руки, но безуспешно.
И вдруг словно что-то понял.
— Ты ведь всё знал заранее, да? — выпалил он. — Мог сказать мне ещё раньше, но промолчал. А теперь просто объявляешь об этом вот так? Что это вообще за игры, твою мать?!
Его взгляд был прикован к Максу. В этом взгляде было больше, чем просто злость. Там было чувство предательства.
Николас молча стоял в стороне, пытаясь разобраться в происходящем. И, если честно, вопрос Дилана казался ему вполне справедливым.
Получается, их действительно решили просто поставить перед фактом?
Без предупреждений. Без обсуждений. Без права голоса.
— Этот хренов суд. Только не говори мне, что ты о нём забыл! — выпалил Дилан. — Мне пришлось пройти через всё это дерьмо. Через ложь. Через оскорбления. Через бесконечные допросы. Деннис плюнул мне в лицо и дал показания против меня. А теперь ты хочешь, чтобы я просто взял и забыл об этом?
Он сделал шаг вперёд.
— Ты вообще помнишь, что тогда мне пообещал?
Голос его сорвался.
— Помнишь?!
Макс по-прежнему молчал.
И это только сильнее распаляло Дилана.
Он смотрел на отца, будто пытался разглядеть в нём что-то важное. Найти хоть какой-то ответ ещё до того, как тот заговорит.
— Ты сказал, что всегда будешь на моей стороне. Всегда. — Последнее слово прозвучало особенно резко. — А сейчас я снова получаю нож в спину.
Дилан горько усмехнулся.
— Раньше ты просто уезжал из города, ничего не объясняя. Исчезал, когда тебе было удобно. А теперь делаешь то же самое. Просто ставишь меня перед фактом и ждёшь, что я это проглочу.
Николас невольно отвёл взгляд. Он редко видел Дилана таким. Не просто злым.
По-настоящему задетым.
Дилан наконец замолчал. Гордо вскинув голову, он ждал ответа. Несколько секунд Макс ничего не говорил.
Затем резко поднял руку и положил её сыну на плечо, крепко сжав.
— Выговорился? — спросил он.
Голос его звучал спокойно и ровно. Без злости. Без раздражения.
Он неотрывно смотрел Дилану прямо в глаза.
— А теперь послушай меня внимательно. И до конца. Ясно?
На мгновение воцарилась тишина.Макс продолжал удерживать его взгляд.
Не давил.Не угрожал.
Но в его голосе было что-то такое, что заставляло слушать.
Дилан недоверчиво смотрел на отца. Всё его тело по-прежнему оставалось напряженным, словно натянутая струна.
Однако спустя несколько секунд он всё же коротко кивнул.
— Я всегда буду на твоей стороне. Всегда.
Макс произнёс это без колебаний.
— Я прошёл через тот проклятый суд вместе с тобой. И не дал им упрятать тебя за решётку. Если потребуется, я сделаю это снова. Ещё раз. Тысячу раз. Сотни тысяч раз.
Его пальцы чуть сильнее сжали плечо сына.
— Потому что ты мой сын. И я никому не позволю причинить тебе вред.
На несколько секунд воцарилась тишина.
Макс хотел убедиться, что Дилан действительно слышит его, а не просто ждёт возможности снова возразить.
Только после этого он продолжил:
— Но жизнь — сложная штука, Дилан. Иногда нам приходится сталкиваться с последствиями собственных поступков. Даже тогда, когда нам этого совсем не хочется.
Он ненадолго замолчал, подбирая слова.
— Ты имеешь полное право злиться на Денниса. В этом я полностью на твоей стороне. И да, в первую очередь я думаю о тебе и о нашей семье.
Макс встретился взглядом с сыном.
— Но вопрос с Деннисом гораздо сложнее, чем кажется. И, думаю, ты сам это понимаешь.
Дилан опустил взгляд. Несколько секунд он молчал, обдумывая слова отца.
Затем тихо спросил:
— Ты имеешь в виду Терри и остальных?
— Именно, — подтвердил Макс. — Будь на месте Денниса кто-то другой, я бы даже не стал это обсуждать. И уж точно не позволил бы ему появиться здесь. Но мне сказали, что он хочет извиниться. По-настоящему. И я не могу просто закрыть на это глаза.
Макс говорил спокойно, но твёрдо.
— Не ради него. Ради тех, кому всё это тоже причинило боль.
На несколько секунд снова повисла тишина.Николас почувствовал, как невольно вздрогнул. Он и сам не ожидал такой реакции.
Где-то глубоко внутри всё ещё жила тоска. По лучшему другу, которого он когда-то потерял.
По человеку, которого ему до сих пор иногда не хватало, несмотря на всю злость, разочарование и прошедшие годы.
Макс слегка ослабил хватку и приобнял сына за плечо, стараясь показать, что всё сказанное им ранее — не просто слова.
— Ты должен понять одну вещь. Никто не заставляет тебя его прощать. Просто выслушай, что он скажет. Подумай. А потом сам реши, что делать дальше.
Дилан нахмурился.
— А если я его не прощу?
— Значит, не простишь, — спокойно ответил Макс.
В его голосе не было ни давления, ни попытки переубедить.
— Как я уже сказал, решение остаётся за тобой.
Он выдержал небольшую паузу.
— Я не могу решать такие вещи вместо тебя.
Дилан внимательно смотрел на отца, словно пытаясь понять, действительно ли тот говорит серьёзно.
Но Макс не отвёл взгляда.И не изменил своего ответа.
Дилан снова задумался. Казалось, какая-то мысль по-прежнему не давала ему покоя.
Наконец он поднял взгляд на отца:
— А как же Терри? Он знает про это?
На губах Макса появилась едва заметная улыбка.
Даже сейчас, несмотря на собственную злость и обиду, Дилан в первую очередь беспокоился о лучшем друге.
Возможно, только теперь он начинал по-настоящему осознавать, что в тот день от предательства Денниса пострадал не только он один.
— Его поставили перед фактом точно так же, как и тебя, — ответил Макс. — Так что возможности предупредить тебя заранее у него не было.
Дилан опустил взгляд.А Николас невольно вспомнил те месяцы после суда.
Постоянные ссоры между братьями Бьергсен. Крики за закрытыми дверями. Тяжёлое молчание.
Терри тогда настолько не мог вынести присутствие старшего брата, что почти перестал ночевать дома.
Большую часть времени он проводил здесь, у Виллареалей.
Словно этот дом стал для него убежищем, когда собственный перестал быть таким.
— Ладно. Пусть приходит. И я выслушаю всё, что он захочет сказать. — устало произнёс Дилан.
В его голосе уже не было прежней ярости. Только усталость.
Макс едва заметно кивнул. Он прекрасно понимал, чего стоило сыну это решение.
Несколько минут назад Дилан был готов наброситься на него с кулаками. Теперь же согласился хотя бы выслушать Денниса. Для начала этого было достаточно.
Если Дилан сумел справиться со своим гневом сейчас, то, возможно, сможет сдержать его и тогда, когда Деннис действительно появится на пороге этого дома.
А что будет дальше — Макс не знал. Да и не собирался решать за сына.
Он обещал Эльзе лишь одно — держать ситуацию под контролем.
Ни больше. Ни меньше.
Рядом облегчённо выдохнул Николас.По крайней мере, этот тяжёлый разговор наконец закончился.
Однако радоваться было рано.Ник слишком хорошо понимал: самое сложное ещё впереди.
Сегодня им всем предстоял ещё один такой же разговор.
Только уже с Деннисом.
— И ещё кое-что, прежде чем я вас отпущу... — Макс поднял руку, заметив, что парни уже собрались уходить.
Дилан тяжело вздохнул:
— Ну что ещё?
— Несмотря ни на что, у нас сегодня семейная встреча. В доме полно гостей и целая толпа детей, так что постарайся держать себя в руках.
— Постараюсь, — буркнул Дилан.
— Вот и хорошо. Никаких кулаков, никаких скандалов и поменьше мата. Не хватало ещё, чтобы Эльза потом весь вечер читала мне лекцию о том, как я плохо влияю на подрастающее поколение.
На этот раз Дилан всё-таки фыркнул.
Макс же продолжил уже совершенно серьёзно:
— А если всё-таки захочешь выругаться, убедись хотя бы, что рядом нет детей.
Смотрел он при этом в основном на сына, так за Ника в этом плане можно было не переживать.
— А чего ты только мне высказываешь? — недоуменно спросил Дилан.
— Потому что я не помню, когда в последний раз Ник матерился, — спокойно парировал Макс.
Николас на мгновение растерялся и виновато посмотрел на кузена.
Во взгляде читалось почти комичное: «прости, что я слишком правильный и спокойный».
Дилан только фыркнул — уже без злости.
— Ладно, — буркнул он. — Никаких драк и ругательств. Я понял.
Дафна всё это время наблюдала из окна.Разговор ей не был слышен — только обрывки слов, не складывающиеся в цельную картину.
Зато она видела лица. И особенно — лицо Дилана.
Сначала оно было жёстким, напряжённым, почти злым. Потом что-то изменилось.
Злость постепенно схлынула, но не исчезла полностью — уступив место усталости и тяжёлому, сдержанному напряжению.
И всё же он выглядел не так, как раньше. Не так яростно. Но и не спокойнее.
Скорее так, будто внутри него всё ещё продолжался разговор, который внешне уже закончился.
Дафна стояла одна на кухне, совершенно поглощённая своими мыслями и переживаниями.
Шум в доме постепенно стихал, но внутри у неё, наоборот, всё только усиливалось.
Она не сразу услышала шаги за спиной.
И не сразу поняла, что в кухне уже не одна.
В голове Дафны крутились обрывки фраз, словно она пыталась собрать из них разрозненный пазл. Что-то не складывалось.
И, возможно, она уже начинала понимать, о чём шла речь.
Дилан выкрикнул имя Денниса. Дафна знала это имя. И знала о суде над Диланом.
Но что именно сейчас вызвало такую вспышку ярости — она могла только догадываться.
Слишком много недосказанного.
Слишком много того, что ей ещё не рассказали.
— Вот ты где, Дафна. А я повсюду тебя искала, — мягко произнесла Эльза, подходя ближе.
Дафна едва заметно вздрогнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки, не показывая, что её застали врасплох.
— Что-то случилось? Ты выглядишь расстроенной, — с лёгким беспокойством спросила Эльза.
Дафна помедлила с ответом.
Сказать, что она просто стояла у окна и наблюдала, показалось ей слишком глупым и неубедительным.
Поэтому она выбрала правду.
— Я просто переживаю за Дилана, — тихо сказала она. — Он вышел поговорить с отцом, и, кажется, это был не очень приятный разговор.
— Ах, вот оно что… — Эльза подошла ближе и посмотрела в окно, где среди остальных можно было различить силуэты Дилана и Ника.
На её лице появилась мягкая улыбка, а в глазах — тёплая, почти материнская нежность.
Дафна невольно задержала на этом взгляд, пытаясь понять, что именно в этом выражении её так зацепило.
Может, это и есть материнская любовь?
Забота?
Дафна знала, что Эльза не была родной матерью Дилана. Но она воспитывала его вместе с его тётей, и, судя по всему, была к нему по-настоящему привязана.
Какое-то время Эльза просто смотрела в окно, наблюдая за происходящим во дворе. Николас и Дилан шли рядом.
Эльза заметила, как Ник то и дело проводит рукой по волосам — старый, почти незаметный жест. Он всегда так делал, когда нервничал или не был уверен в себе.
Дилан шёл чуть впереди, насупившись и засунув руки в карманы. Эльза невольно усмехнулась про себя — в детстве, когда его ругали или делали замечание, он точно так же прятал руки и смотрел исподлобья, прямо в глаза, будто готов был спорить до последнего.
Макс стоял позади.И, судя по всему, первую новость он уже сообщил.
Оставалась вторая.
— Это же надо было так встретить. Вот тебе и выходные! — бурчал Дилан.
— Да, я такого не ожидал, — тихо проговорил Ник.
— Вот блин, надеюсь, на этом все сюрпризы на сегодня закончатся, — Дилан пнул маленький камешек и недовольно добавил: — Иначе я за себя не ручаюсь.
Злость постепенно отступала, оставляя после себя усталость и глухое раздражение.
Макс смотрел вслед парням.Как бы ему хотелось сказать, что на этом всё.
Что худшее уже позади.Но это было не так.
Когда им объявят, что вместо спокойного отдыха их ждёт строительство домика на дереве, крика будет… много.
Он даже уже представлял, как это будет выглядеть.
И мысленно пообещал себе обязательно припомнить это Эльзе при первом же удобном случае.
Дафна не решилась нарушить тишину.
Но Эльза вдруг заговорила сама.
— Он очень злится. Сейчас ему кажется, что всё опять против него, — тихо произнесла она. — Знаешь, у него всегда были проблемы с доверием. Слишком много людей когда-то пытались причинить ему вред.
Она на мгновение замолчала, словно подбирая слова.
— Но он всегда давал отпор. Раз за разом. Синяки, кровь, сломанные кости… его это никогда не останавливало. Он всегда был настоящим бойцом. И ужасно упрямым.
Дафна заметила, как выражение лица Эльзы медленно изменилось.
Тёплая уверенность сменилась тихой, почти незаметной грустью.
— Дилан всегда идёт по самому краю, — продолжила Эльза, не отводя взгляда от окна. — Всегда в гуще событий. Всегда поступает по-своему.
На её губах появилась лёгкая улыбка.
— Он как буря. Его невозможно остановить, можно только попытаться переждать или научиться двигаться вместе с ним. Поверь, я знаю, о чём говорю.
Она негромко усмехнулась, но в её голосе не было веселья.
— Он будет совершать глупости. Будет принимать сомнительные решения. Будет бросаться вперёд, не думая о последствиях, если решит, что защищает дорогих ему людей.
Наконец Эльза повернулась к Дафне.
— И если ты не готова к такой жизни, тебе будет тяжело.
Дафна растерянно моргнула.
От столь неожиданного заявления у неё даже перехватило дыхание.
— Что?..
Она никак не ожидала услышать нечто подобное.
— Но мне кажется, ты не из тех, кто так просто сдается, я права? — Эльза смотрела прямо на неё.
Её синие глаза блестели любопытством, а на губах появилась лёгкая, почти лукавая улыбка.
Дафна невольно отметила, как быстро меняется эта женщина.
Ещё секунду назад в её голосе звучала серьёзность и скрытая тревога — и вот уже перед ней почти игривая, внимательная собеседница.
Но взгляд оставался прежним. Цепким. Оценивающим.
Таким, который не просто слушает ответ, а будто заранее просчитывает, каким он будет.
Эльза ждала её реакции.
Дафна выпрямилась и посмотрела Эльзе прямо в глаза.
— Я не трусиха, если вы об этом. И я не отступлюсь.
Голос её прозвучал ровно, но внутри всё сжалось от напряжения.
Конечно, не отступится. Это было не в её характере.
Возможно, это выглядело наивно или даже глупо, но стоило ей встретить Дилана, как она сразу почувствовала: он — тот самый человек.
Тот, кто ей нужен. Она любила его всем сердцем.
И была готова бороться за эту любовь, даже если путь окажется куда сложнее, чем она сейчас может представить.
— Вот и отлично. — Эльза удовлетворённо кивнула. — А теперь как насчёт того, чтобы помочь мне подготовиться к приходу последних гостей?
Тон её голоса изменился так резко, словно тяжёлого разговора несколько секунд назад и вовсе не было. Теперь она снова выглядела непринуждённой и даже немного весёлой.
Дафна невольно моргнула. Порой за Эльзой было трудно уследить.
То серьёзная и проницательная, то лукавая и почти беззаботная. Однако сейчас в её поведении чувствовалось что-то ещё.
Волнение. Предвкушение.
Словно она с нетерпением ждала того, что должно было произойти совсем скоро.
И это настораживало Дафну куда сильнее, чем ей хотелось бы признать.
— Будут ещё гости? — переспросила Дафна.
— Да. Я позвала мою старшую сестру Софию и её детей. Ты вроде знакома с Теренсом?
Дафна тут же вспомнила высокого светловолосого парня.
Несомненно, его она знала.
— Мы вместе работали спасателями на Сулани. Вы действительно собрали здесь всю семью?
— Ну конечно. — Эльза улыбнулась. — У нас давно не было повода встретиться всем вместе. А потом Дилан объявил, что у вас всё серьёзно, и я решила устроить большой семейный праздник.
Она заговорщически понизила голос:
— Первым делом я рассказала о тебе всем.
Дафна не очень поверила, что весь этот праздник затеяли ради знакомства с ней, но спорить не стала.
— Правда? И что вы сказали?
— Что ты настоящая красавица.
Дафна смущённо отвела взгляд.
— Спасибо, но не стоило.
— Ну что ты. — Эльза усмехнулась. — Я всего лишь передала слова Дилана.
Они шли через кухню в гостиную. И Дафна ещё раз внимательно присмотрелась к Эльзе.
Мать с детства учила её внимательно наблюдать за людьми, которые окружают друзей и близких. По её словам, важно понимать не только самого человека, но и то, кто находится рядом с ним, в какой среде он вырос и кто повлиял на него сильнее всего.
Эльза шла уверенной походкой. Спина прямая. Подбородок слегка приподнят.
Она держалась с той естественной уверенностью, которую невозможно изобразить или выучить за несколько дней.
Дафна также обратила внимание на её речь. Чёткую. Грамотную. Хорошо поставленную.
А ещё на то, с какой лёгкостью Эльза направляла разговор в нужное русло, почти незаметно меняя тему или настроение собеседника.
Это тоже говорило о многом. Эльза умела располагать к себе людей.
И умела управлять разговором, даже когда окружающие этого не замечали.
Дафна также была наслышана о выдающемся уме Эльзы.
До сегодняшнего дня она представляла её прежде всего талантливым учёным и изобретателем. Однако после этого разговора у неё не осталось никаких сомнений: слухи не преувеличивали.
Эльза была очень умна. И дело было не только в цифрах, формулах или изобретениях.
Она прекрасно разбиралась в людях. Замечала то, что другие предпочитали скрывать.
Улавливала настроение по одному взгляду или жесту.А ещё умела задавать вопросы так, что собеседник сам рассказывал ей гораздо больше, чем собирался изначально.
Дафна вдруг поймала себя на мысли, что за последние несколько минут Эльза узнала о ней куда больше, чем она сама успела узнать об Эльзе.
И это было одновременно восхитительно и немного пугающе.
Дафна знала, что женой Макса была Эви.
Однако после всего увиденного и услышанного она пришла к выводу, что главной женщиной в этом доме была несомненно Эльза Виллареаль.
Не потому, что обладала каким-то особым статусом. И не потому, что пыталась командовать окружающими.
Просто её присутствие ощущалось повсюду. В том, как был организован этот дом. В том, как люди прислушивались к её словам. В том, как легко она находила подход к самым разным людям.
Эльза обладала редким сочетанием качеств: острым умом, внутренней силой и удивительной способностью понимать других.
Дафна вдруг подумала, что многие наверняка совершают ошибку, принимая её за мягкую и безобидную женщину.
Нет.
Эльза Виллареаль была очень умной.
И очень опасной. Не той опасностью, которая проявляется в угрозах или грубой силе.
Гораздо более серьёзной. Она умела влиять на людей. Умела убеждать.
И именно поэтому Дафна неожиданно поймала себя на мысли, что хотела бы научиться у неё многому.
Куча сохранений и целая толпа симов, если вы не запомните кто есть кто, не страшно, я сама не всегда помню кто на ком стоял.
Стройка моя нелюбимая часть геймплея. Поэтому если я если и строю, то криво, косо и архитекторы бы обрыдались, увидев такое.
(не ищите тут никакой связи с предыдущими частями — её нет, я в них не играла). Планы, правда, ооочень отдалённые — пока мы доползём до Оазис Спрингс, ещё неизвестно сколько времени пройдёт.
![:]](/forum/styles/default/xenforo/smilies/pb/inlove.gif "Влюблен :]")
сомневаюсь, что демиург нагнетает просто так ![]:)](/forum/styles/default/xenforo/smilies/pb/eg.gif "Злобная ухмылка ]:)")
