Нотариус Плужников Н. Д., «Николай Дмитриевич, мой дорогой, мы с вашей бабушкой соседями были», обрадовался Ивану страшно. С чего бы вдруг? Неужели ему так важно, чтобы Иван принял наследство? Иван так прямо и спросил. Мол, в чём подвох? Николай Дмитриевич мастерски ушёл от ответа, но Иван не отстал.
— Никогда не поверю, что кроме меня у бабы Гани никого из родственников не осталось. Да пока я к вам в контору шёл, навстречу две машины с номерами другой области попались. Не мои ли кузены улепётывали подальше от великого наследства?
Иван хотел пошутить, но Николай Дмитриевич как-то расстроился, подпёр кулаком щёку и вздохнул:
— Вы — моя последняя надежда, Иван Сергеевич, остальные отказались.
— Да ладно, понятно, что хор
ом больших бабуля не нажила, но так уж прямо отказываться? Или… как там называется, когда вместе с наследством надо принять и долги? Только я сомневаюсь, что бабушка была в таком возрасте, когда банки дают кредит.
— Да если бы банки! Бабушка ваша по доброте своей внучкам помогала. Кому на машину денег подкидывала, кому на учёбу. Все банки в последнее время ей отказывали без разговоров.
— А, понятно. Не банки. Добрые конторы «Греби деньги лопатой», а мы тебя за долги потом этой же лопатой и прикопаем? Ну, с этими ребятами связываться я точно не хочу. А вам, Николай Дмитриевич, что за печаль, если наследство непринятым окажется?
— Да видите ли, Иван Сергеевич, у нас на этом участке строительство многоэтажного дома предполагается. Все домишки уже выкуплены и снесены. И только дом вашей бабушки тормозит начало строительства.
— Вы ещё и в строительстве подвизаетесь?
Николай Дмитриевич очаровательно смутился:
— Не я, супруги моей фирма. Убытки терпит, вот и приходится… по-семейному помогать.
Уговорить Ивана на принятие наследства нотариусу не удалось, и он предложил проводить Ивана на станцию. Мол, им всё равно по пути. А дорога как раз идёт мимо дома Агафьи Игнатьевны, вот Иван Сергеевич и поглядит на несостоявшееся наследство.
Домик был по-настоящему провинциально старым, но ухоженным и чистеньким. Только бабушки умеют так содержать свои дома. Красота малыми средствами, но с большой любовью. В окне мелькнуло что-то лохматое и чёрное.
— Это что, кота в доме закрыли?!
— Да нет, это Маркиз Агафьи Игнатьевны. Он как-то сам ухитряется забираться в закрытый дом. Может, надеется, что хозяйка вернётся? Жалко его, кот хороший. Да кому он тут нужен? Это у вас там волонтёры, передержка, грумеры, триммеры, прости Господи, а у нас…
— Николай Дмитриевич, а кот в наследственную массу входит? Раз уж мельница мне не досталась.
Николай Дмитриевич аж поперхнулся. Но потом, сообразив, взглянул на макет мельницы на другом берегу реки.
— Да это киношники снимали да бросили. А кота заберите, Иван Сергеевич. Хороший котик. Может, он вам счастье принесёт, богатство и принцессу в придачу.
Насчёт богатства Иван засомневался буквально сразу — как только спасёныш разодрал изнутри любимую спортивную сумку Ивана. И орал он что-то весьма похожее на «Мама» и «Спасите». Так что Ивана уже несколько раз останавливали полицейские, встревоженные бдительными гражданами. Приходилось объяснять, что это не киднеппинг, а получение наследства. «А отказаться нельзя было?» — читалось на лицах стражей порядка. В магазине, куда Иван с Маркизом забрели на предмет пополнения продуктозапаса, Маркиз настойчиво тянул нового хозяина к прилавку с красной рыбой. А мявкал при этом так жалобно-обречённо, что сочувствовала ему даже нищая бабушка, стоящая у входа в магазин с баночкой для пожертвования.
Дома Маркиз первым делом напрудил Ивану в кроссовки, а после вымытые и высушенные подгрёб под себя и отдавать отказался.
— Маркиз в кроссовках, — хмыкнул Иван.
Вечером, вернувшись с работы, Иван безропотно убрал всё скинутое, разорванное, намусоренное и надкусанное котом и вывел своё наследство погулять. Шлейку Маркиз тоже разорвал. Да так яростно, как будто хозяин пытался заковать его в кандалы. Впрочем, на улице он вёл себя вполне прилично, и Иван расслабился. И только он бросил заинтересованный взгляд на хорошенькую блондинку у ТЦ, как вдруг почувствовал, как что-то врезалось ему в ноги сзади, и понял, что летит. Аккурат в лужу. И этой самой блондинке под ноги. Блондинка ехидно фыркнула и обошла Ивана. А Иван вылез из лужи, прикрывая мокрый зад сумкой, подхватил Маркиза под живот и поплёлся домой.
Сидя в горячей ванне, он ругал кота:
— Нашёл где носиться. Мало того, что ты уронил своего хозяина в глазах этой красотки, так ещё и подмочил мою репутацию, джинсы и трусы.
Кот умильно заглядывал в глаза. Мол, не тушуйся, тоже мне, принцесса нашлась. Лучше заканчивай омовение да покорми котика.
Постепенно жизнь наладилась. Иван с Маркизом научились нормально сосуществовать. Кот перестал пакостить и примирился с кошачьими консервами. Вечерами, когда Иван смотрел на ноуте любимые фильмы, кот устраивался рядом и мурчал, мурчал…
Вот только принцессы в жизни Ивана перестали появляться. Всё больше вредные Герцогини из сказки про Алису. Как много девиц, оказывается, жутко не любили котов. Во всяком случае, общий язык с Маркизом ни одна не нашла. Кого-то раздражали зацепки на колготках от кошачьих когтей, кого-то шерсть в заказанной на дом пицце. И откуда она там бралась?
Как-то вечером Маркиз особенно яростно требовал прогулок и свежей рыбки из супермаркета. Пришлось, хоть и в дождь, тащиться с котом в ТЦ. И надо же было такому случиться, что на том же самом месте Иван поскользнулся и чуть снова не сел в лужу. Но какая-то девчонка ухватила его за плечо и помогла удержаться на ногах. Иван огляделся, не увидел Маркиза и запаниковал.
— Это ваш котик? Какой хорошенький.
Девушка крепко прижимала к себе мокрого и грязнющего Маркиза, не замечая, что пачкает платье. Чмокнула кота в нос и протянула Ивану.
— Держите, а то убежит, а тут кругом машины.
Маркиз удобно устроился на руках у Ивана и промурчал вполне отчётливо: «Кажется, нашли мы свою принцессу, мрр?»