Пятая неделя началась грустно. Джилл очень плохо переносит беременность, у нее постоянно падают показатели. А ей, между прочим, тело на десятку качать. А она чуть что – и спать. Так что пока она не спит, вот вам Джилл глубоко беременная, не босая, но на кухне.
А Юргис затратил много сил, ломая компьютер, и теперь подкрепляется. Демиург наладила Джилл чинить сломанное мужем. Хотя, по-хорошему безопаснее было бы Юргисом.
А это эпичный кадр в ночи. На улице кормят Анельку. Дите предпочитает вкушать пищу на свежем воздухе.
Психолог Юргис лечил богатую промышленницу от гольфофобии. Вылечил. Заплатили 2000 симолеонов. Она точно богатая?
Гордая собой Милена развлекала в школе зрителей костюмом царевны-лягушки, за что и получила 215 симолеонов. Это просто никто уже не помнит, как выглядят живые лягушки.
Руины засыпало снегом и Милена позвала проходящую мимо старшеклассницу поиграть в снежки.
Юргис на работе погрузился в сладостный сон и не заметил, что куда-то пропал специалист, общающийся с духами тех, кого съели зомби. Возможно, последовал за ними. Его должность предложили Юргису. Теперь он будет впадать в транс и сообщать всем желающим, в какой конкретно стул теща зашила бриллианты.
Подросла Анелька, подросли ее дреды. Теперь она не связывает их лентами, а ходит с распущенными волосами. Совсем взрослая.
Чтобы сестры нашли общий язык, Джилл зазвала Милену с улицы и усадила обеих дочерей за шахматы. Только дружеского общения все равно добиться не получается.
А старшеклассница, с которой играла Милена, в драной юбке топчется на кухне и отогревает руки под краном. Фу быть такой неряхой.
Приходил в ночи какой-то подозрительный мужик в бриджах. Ноги аж синие от холода. И этот недохоббит начал звать куда-то Милену. Иди отсюда, ты чего к ребенку прицепился, извращенец!
В холодильнике закончились продукты. Интересно, если подарить кому-нибудь пустой холодильник, сим обрадуется или сочтет за оскорбление?
Руины снова засыпало снегом. И на этот раз настолько, что даже школу не удалось откопать. Р – радость.
Беременной Джилл начальство, опасаясь, что придется принимать роды прямо на рабочем месте, предложило на работу не выходить. Она и не пошла. И на радостях родила третью дочку, Мону.
Милена так переживала за маму, что сожгла кекс.
Во вторник включили телефон. Пришлось установить очередность – кому важнее позвонить.
А Юргис дописал очередной роман, в предисловии которого было сказано: «Хорошо, что в условиях вечной зимы не нужно покупать капроновые колготки, иначе бы я разорился».
Он был так расстроен тем, что в очередной раз родился не сын, а дочь, что уехал с этой дочерью на работу. А ведь шел поменять ребенку пеленки!
Джилл намекнули, что, пока она рожала, ее рабочее место уже заняли. Пришлось уходить якобы по собственному.
Все в доме такому решению только обрадовались.
Юргис вернулся с работы лозоходцем и с Моной. Причем, пеленки ей никто так и не поменял. Наверное поэтому папа старался не держать ее руками. А может, руки должны быть свободными для лозы.
Джилл докачала еще один балл тела.
И на радостях всучила проходившему мимо Титу Вялых компьютер и сломанную раковину.
Юргиса на работе перевели в полицейские экстрасенсы. Вот зачем в полиции экстрасенс? Если кто-то пропал, то и без экстрасенса понятно, что его съели зомби.
Юргис уговорил жену попробовать еще раз с зачатием. А вдруг на этот раз все-таки будет мальчик.
Подросла зубастая Мона в доапиковском розовом платьице.
Юргис, как полицейский экстрасенс, оказался невостребованным (а что я говорила!) и его перевели в уфологи. Будет глазеть на небо и петь : «Прилетит вдруг волшебник в голубой летающей тарелке и нас всех спасет».
Мона оказалась очень самостоятельной и смышленой девочкой. Решила есть в два отверстия сразу.
Юргиса перевели в экзорцисты. И он, что удивительно, вернулся с работы в дневное время. И от него ощутимо попахивало. Боюсь спросить, какую страшную тварь и куда он изгонял.
И скорее всего изгнал недалеко, потому что вечером, собираясь на работу, он надел доспехи.
А вернувшись духовным лидером сказал, что ему надоело скакать с должности на должность. И отсюда его уже хрен кто подвинет.
Вечером выросла Милена. Будучи сама неряхой, мечтает она, чтобы муж был брюнетом, без кольца в носу и убирался в доме. Кажется, у Комеи нет шансов.
Джилл родила та-дам… мальчика. Гастоном назвали.
Счастливый Юрка выдал по этому случаю на гора очередной роман.
И вот тут демиург просчитался. Но только позже понял где.
Но пока в семье Лавалей была тишь да благодать. Заплатили налог.
Милена играла в шахматы со столь любимым ей брюнетом.
Наконец в доме сделали ремонт и поклеили обои.
А Джилл докачала культуру тела. Теперь она в старости могла бы ездить на работу, если бы она у нее была.
