Последний день в Аль-Симхаре прошел несколько иначе, чем во сне, точнее был больше похож на сон, чем сам сон.
В последние часы в городе, пока Говард декорировал памятник сфинкса на свой вкус, поступило два персональных предложения подзаработать на разграблении гробниц. От своего Говард отказался, он же не вандал какой, а Джеральдина согласилась: возможно, благодаря своей новой, практичной стороне характера. Она нынче "бережливая", вот и купилась на обещанное сокровище.
Пришлось немного поездить-туда сюда.
На месте встречи ее ждал тот самый Абдул из магазина консервов, чьи мощные выпуклости могли нейтрализовать любые впадины.
Абдул: Привет, горячая штучка. Задача не из сложных: я забыл в офисе кое-какие документы, а забрать некогда. Советую заехать на рынок за портативным душем и палаткой, ну а консервами я тебя обеспечу от души.
Джеральдина: Да уж, не поскупился.
На рынок Джеральдина не поехала: времени было в обрез.
Задача не из сложных, говорите, а это что? Прямо у входа валяется, хоть бы прибрался кто.
Сначала все и вправду казалось довольно простым: взять ключ-полумесяц из сундука с несметными богатствами.
А потом приключение резко подошло к концу.
Недавний сон оказался отчасти вещим: Говард закончил писать "Сок перезрелой шаурмы" в рекордные сроки, но в реальности критики сравнили его с другой книгой, с "Миром без бумаги".
Говард: На что они намекают?
Но протестовать не стал.
Возможно они правы. Души жителей Аль-Медины или Аль-Симхары больше не являлись загадкой для Говарда и его читателей, может быть стоило взять перерыв и выяснить, есть ли душа у местных животных?
К сожалению в приюте не нашлось никого по имени Бриджитт (почему-то Говард полагал, что собачка с таким именем принесет удачу его новому начинанию). Пришлось взять шумелку Волнушку.
Волнушка еще не успела забежать в дом, а Говард уже запутался, кого хотел изучить.
Демиург вот что скажет: там справа внизу висит желание заработать 50 симолеонов сбором пожертвований в пользу жертв стрит-арта, оно намного интересней, тем более что душа у сотрудницы приюта скорее всего имеется, с другой стороны - тот, кто играл в All My Wishes знает, что узнать знак зодиака это святое.
Однако коварная Робби Форчун метнулась к двери, едва святое желание коснулось слота, так что пришлось все-таки идти общаться с Волнушкой.
Ничего нового - утигосподиктоэтотакой.
Джеральдина взятия питомца в дом не застала: все шло не по писаному, а по сонному: такси уносило ее в тот самый бар, где она дралась с Тиффани за капитана команды Умара.
Впрочем такое вряд ли повторится, потому что в реальности Джеральдине Умар не нужен, она в бар едет не за знакомством, а подработать за стойкой, потому что алкоголизм надо чем-то оправдывать, например, профессионализмом.
Бармена можно понять.
А вот и наш милый городской сумасшедший.
(Про крепкий запах, пожалуй, лишние подробности)
Бармен: Чтобы оттереть грязь, надо все пять пальцев засунуть внутрь. Впрочем, с чего я должен давать бесплатные советы праздной европейской женщине, лишившей меня заработка на целый вечер ради забавы?
Я лучше сяду за ударную установку и буду делать ВОТ ТАК на каждый разбитый стакан.
Тиффани, девушка Умара, тоже пришла. Уставшая, глаза полузакрыты, никак еле-еле оторвалась от любовных утех, чтобы приползти в бар и набраться сил на остаток ночи. Неожиданно Джеральдина ей нагрубила. Что ж, пусть в реальности за Умара они не дрались, но осадочек-то остался.
Ну вот в принципе и все, больше ничего интересного... ах нет, вот же - "вампиры такие сильные и могут возникнуть ниоткуда".
Джеральдина: Например, из туалета.
Подружиться не удалось, как бы того не хотелось: из уборной местная упыриха уплыла прямиком домой (как подсказывал МК - в состоянии абсолютной эйфории)
Так что придется разузнать адрес и наведаться в гости, если в голову Джеральдины не успеет прийти идея поинтереснее.
За вечер она получила очень щедрые чаевые, которых, как подсказывают нотификации, никогда не забудет: 21 симолеон. Пока, бармен.
Да простит нас мастер Ильяс, но Волнушка, исполняющая желание "смотреть, как хозяин ест" или что-то подобное, это пожалуй даже уютнее.
Говард: А что если в дополнение к вопросу о наличии души изучить вопрос наличия мозга?
Следующее утро у Джеральдины началось с коктейля.
На предстоящий день у нее были большие планы.
Издательство, с которым она заключила контракт на публикацию нескольких чувственных романов, предложило для вдохновения заняться вуху в каком-нибудь новом для себя месте. Наглецы! К счастью, не самая сложная задача, когда для тебя любое место - новое. Например, кровать.
Утро Волнушки началось с принесения пользы: почтальон обиделся на скопление грязных газет и пригрозил не приносить свежих.
А утро Говарда - с того, что он не получил никакого письма от Фарах.
Говард: Как же так?...
И "Сок перезрелой шаурмы" переплели в обложку "Аль-Мединского этикета". Вопиюще!
Но по этому поводу он сказать ничего не успел, потому что Джеральдина заткнула ему рот поцелуем.
И не простым, а бунтарским, так что Говарду, как бы он не пучил глаза, пришлось признать, что Джеральдина разделяет с ним общие ценности.
Говард: Ммм. Не думал, что ты такая бунтарка.
Джеральдина: Понравилось? А я не так еще умею... Станцуем?
Говард: Поцелуй в танце? Конформистская пошлость!
Джеральдина: Ну... тогда может быть сфотографируемся вместе?
Говард: Совместное селфи? Пошлый конформизм!
Говард: Всегда подозревал что ты со странностями. Извини за вопрос, но сколько у тебя сосков?
Говард: Должен быть один справа и один слева...
Джеральдина: Сорви с меня блузку и посмотри сам.
Говард: Совсем очумела.
Джеральдина: А цветочки можно?
Говард: Цветочки можно.
Говард: Все настроение испортила.
Устав гадать, где проходит грань между конформностью и бунтарством, Джеральдина пригласила Говарда на свидание в расчете на то, что официальная романтическая окраска вечера настроит его на благожелательный лад. Однако по лицу ее было заметно, что надежд на успех этого мероприятия она уже не питает.
Неожиданно это сработало.
Джеральдина: Не хочешь подняться в спальню?
Говард: Не буди во мне тигра, детка!
Джеральдина: Что ж, благодаря чудесному вечеру в компании этого предмета воздыхания я утратила способность восторгаться, больше никому не хочу оказывать знаки внимания, да и вообще лучше быть одной. А телефон хочется просто выкинуть.
Джеральдина: Ну и где он?
Вместо того, чтобы подняться в будуар, Говард зачем-то вышел на крыльцо. Наверное подышать свежим воздухом.
Если бы криворукий демиург изучил, как работает мод на курение, Говард бы стопроцентно выкурил сигаретку, а так пришлось смущенно поправлять штанину.
И прикидывать пути отступления.
Говард: Я просто пойду и сделаю это. Да. Сделаю это. Займусь сексом. Прямо сейчас.
Говард: Ух, жарко сегодня. Ты не хочешь принять ванну вместо, то есть прежде, чем мы приступим?
Джеральдина: Я уже.
Говард: Хочу признаться, что...
Джеральдина: Ничего страшного.
Говард: Признаться, что я уже много раз это делал. Со множеством женщин, да-да.
Говард: В разных местах, и в кровати тоже...
На следующий день Джеральдина проснулась в шесть утра. Выпила утренний коктейль, быстро пролистала телефонный справочник и вызвала такси, чтобы отправиться в деревню Амазиг.
Есть такое задание для автора, пишущего в жанре "ужасы" - познакомиться со сверхъестественным существом. Джеральдина, как известно, пишет в другом жанре (хотя судя по вчерашнему свиданию можно сказать, в смежном), так что яркие впечатления, полученные от этого знакомства не обрели вторую жизнь на книжных страницах. Чтобы пожать руку древней аль-мединской упырихе, пришлось как следует побегать. Вы когда-нибудь гонялись за вампиром посреди раскаленной пустыни? А Джеральдина гонялась. Мадам! Мадам, постойте!
Мадам: Чего ей надо?
Наконец по пути попался удобный для знакомства угол наклона песчаного холма, и Джеральдина смогла дотянуться до вампирских рук.
Джеральдина: Простите
почему вы все еще не сгорели не подскажете, в какой стороне Иностранный квартал?
Выбраться из пустыни оказалось делом нелегким. Добраться пешком до дороги, поймать такси до Амазига и там пересесть на поезд.
А в этом лимузине наверное разъезжает семья де Кастильо, или как там их? Где муж пляшет вприсядку, жена красивая, и сынок от рук отбился.
Да, жарковато сегодня.
Вознаградив себя небольшой практикой смешивания напитков в баре Иностранного квартала, Джеральдина вернулась домой, где Говард пытался выяснить, есть ли у Волнушки мозг.
Выпитый час назад "эликсир счастья" настроил ее на романтический лад.
Джеральдина: Научные исследования подождут. Давай-ка лучше исследуем друг друга.
Говард: Как это так - подождут? Ты хоть понимаешь, чего стоит написать настоящую книгу?
Говард: Сколько документальных романов ты прочла за всю свою жизнь? А "Аль-Мединский этикет" читала? А "Сок перезрелой шаурмы"?
Джеральдина кое-что признает, но не особо этому рада.
А демиург признает потрясающее великолепие Аль-Медины.
Три района, связанные двумя серпантинными лентами, вьющимися между песчаных гор - около часа езды на авто, но некоторые горожане почему-то предпочитают преодолевать этот путь пешком, как например знаменитый мужчина в шляпе и плаще с ребенком. Взобрался на первый холм, оставив позади переливающийся вечерними огнями город, успеет ли добраться домой до рассвета?
Или все-таки вынет из кармана машину?
А это вечер, предзакатный час.
Пришло уведомление, что некая Yvette Montand слоняется вокруг да около.
Красивая женщина, эта Иветт.
Сбежала с работы на пляж.
Села в катер, завела мотор
Так наверное сделал бы каждый.
И попыталась уплыть из Аль-Медины
Но описав полукруг, катер уперся носом обратно в берег.
В это время на пляже появился мужчина в униформе. Может быть охранник из здания, где работает Иветт. А может тоже сбежал с работы.
Так наверное сделал бы каждый.
Это примерно пятнадцатый полукруг Иветт. Она женщина упорная, но то ли катер неисправен, то ли кто-то на самом деле не хочет никуда уплывать.
Игра предложила назвать первый чувственный роман Джеральдины "Любовные преступления", что заставило демиурга призадуматься, ибо романтическое общение с Говардом по большей части именно на это и походило, но так мы тут все бунтари, то пусть будут
"Отец юной Джорджины владел ткацкой фабрикой в Твинбруке, - писала Джеральдина, - а мать занималась благотворительностью. Девочка получила строгое воспитание в исправительной школе для одаренных детей. Пока одноклассницы Джорджины дурачились с парнями и стремительно выходили замуж, она читала книги запоем. Мать никогда бы не отпустила ее на каникулы в Аль-Шибальбу, да еще и без компаньонки, если бы Джорджина не проявила смекалку и не соврала, что едет в Риверсайд со школьной подругой..."
Джеральдина: Не слишком лично?
"С Гюнтером Джорджина познакомилась на палубе для пассажиров первого класса. Элегантный мужчина, на вид несколькими годами старше, предложил опереться на его руку, когда корабль слегка накренился и Джорджина потеряла равновесие. От его начищенных ботинок пахло дорогой кожей, а от напомаженных усов дорогим табаком."
"Я сразу понял, что ты грязная штучка, - прорычал он, - иди в свою каюту, я присоединюсь через десять минут"
"Оказавшись в каюте, Джоржина достала чемодан, в котором возила самые дорогие сердцу вещи. Комплект постельного белья из шангсимлянского шелка, прохладного как морской бриз, ласкающий усы Гюнтера там наверху, на палубе. Через пять минут он постучит в дверь..."
"Натуральный шелк не мнется, в этом его отличие от искусственного. Руки Джорджины застыли при мысли о том, что через четыре минуты она окажется в крепких горячих объятиях элегантного незнакомца, и даже если он швырнет ее на кровать, гладкая ткань останется нетронутой..."
"Натуральный шелк не электризуется, не прилипает к пальцам, вбирает в себя тепло человеческого тела, и.... дверь распахнулась."
"Я бы продал тебя в гарем в ближайшем порту, - процедил он. - Но кто теперь даст хорошую цену?"
ps
Говард: Ну вот, кажется, вывихнул плечо. Это нормально? Так и должно быть?
Джеральдина: Аааыы.
Там же и в клинику не съездишь
И как талантливо она пишет, в общем, я в восхищении от столь прекрасной женщины 
Надеюсь, как единственный друг Говарда он станет частым гостем 
(мне тож нра)
но это может быть субъективное (как по мне в реалистичности анимаций двойка бьет и тройку и четверку, за это ей можно простить почти все) 
