TS3 Мир: Остров старого мельника

История возрождения посёлка на когда-то заброшенном острове.

Оглавление

Season 1
Ep. 1 Своя земля
Ep. 2 Всё родит, всё плодится
Ep. 3 Торговые дела
Ep. 4 Ветер издалека
Ep. 5 Кто ж знал?
Ep. 6 Богатая осень на дела
Ep. 7 Дети зимы
Ep. 8 Последние птенцы
Ep. 9 Город за перевалом
Ep. 10, season finale Самая тёмная ночь

Закройте глаза,

Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите для просмотра ссылок!

, и представляйте таверну.

Население:

Ноа и Мэгги Флеминг, основатели

Фергус и Палома Флеминг

Пепе и Агнес Моретти

Верджил и Линн Флеминг

Тереза ДеЛюка, Гален и Джастин Флемминги

 

Очень понравился слог Получилось приятно-текучее повествование, почти как летопись (в моем представлении)
Постоялый двор хорош! Очень уютно выглядит, в зиму само то

 

Obscurus

Obscurus, спасибо!)
Я стараюсь со слогом, хотя иногда, наверное, не очень средневеково, мне кажется. Но это ж симский мир - у них и время по своему течёт)
А постоялый двор я строила с уже существующего в одной виртуальной реальности) вот думаю, заметит кто или нет, хотя схожести там не много и место, откуда идея утырена, не особо популярно))
Я бы ещё изнутри его пофоткала как-то побольше, да сноровку надо скопить.

 

Rany Randolff, спасибо, Наташ)!

 

Для желающих фоновой музыки для чтения

Трудилась Агнес много, и немного забывала о себе.
О том, что она понесла, стало известно довольно поздно - её тонкий стан долго силился быть таковым.
А как стало ясно, так и взялась за рисование плотнее.

Дети зимы

А она ж, глупышка, все недомогания списывала на дальнюю дорогу к постоялому двору. Назвала его, кстати, Ясные Огни.
Так вот, ходила она туда, ходила, пока не потяжелела, и Ноа с Пепе строго приказали ей либо там ночевать чаще, снегу-то сколько вон, либо не ходить. Мэгги при всей своей трудолюбивости и то не гнушалась там частенько оставаться - знала, что Джастин с Галеном и за собой, и за отцом приглянут, и ещё в Ясные Огни успеют.
Так что сидела она нонче дома, ноги да нос не морозила, и рисовала новую картинку.


То ли из-за того, что так усердно и долго работала, то ли из-за того, что на ногах всё время была, даже дома - родила она очень быстро, тихо, без чужой помощи, и это плохо аукнулось её здоровью.
Нашли её Мэгги и Пепе у этой её картинки недорисованной, еле живой, с ребеночком на руках да встать не силящуюся, и очень уж испугались. Долго потом Агнес выздоравливала.
Все эти дни только и мыслей было, что о ней, очень уж бледная она была, много крови потеряла да боялись мы, что и вовсе бедную потеряем. Пепе ходил сам не свой, каждый день старел, как на год, Ноа с сыновьями занимались Ясными Огнями, а Мэгги не отходила от дочки и внучечка. Назвал его Пепе Вебстером.


В конце концов очухалась Агнес и весьма прозорливо заметила, что давно не видела Верджила и Фергуса. Хотя нет, Фергус-то заходил недавно, говорит, у самих Палома родила раньше положенного, да ещё и двойню девочек, здоровенькие! Показать потом обещался, как морозы спадут.
А Верджил что, я и сам его не видел с неделю.
К нему купчиха его вернулась!


Да не одна, а с дитятком будущим!
Как узнали они, что Агнес уже полегчало, так в гости и пришли. Очень уж стеснялась Линн (так её зовут) своего положения, и не хотела в такую беду с Агнес родителей своим прибытием беспокоить.
Ушла она от мужа, оказывается, пока не пришиб, потому что муж к наследникам не способен был, здоровьем не удался, и роди Линн ему, черноволосому, как и она, рыжего мальчика - было бы несдобровать.
Я вам так и не скажу - от страха приехала Линн к отцу ребенка своего или от любви, но очень уж она стыдливо и боязливо жалась к нему, а он на неё так нежно смотрел… пусть даже они и не знают друг друга, но чай вырастет любовь из этого? Чем-то же приглянулись они друг другу на свадьбе Агнес.
Родители и Пепе были немного иного мнения, но куда-ж-то супротив беременной скажешь?
А дело ж в том, что невеста для Верджила приехать скоро должна была, юная девушка, о помолвке с которой договорился Пепе в последнюю поездку.
На семейном совете, когда Линн с Верджилом ушли, было решено невесту принять и выдать за Джастина или Галена. Толком пока не решили, за кого, ибо парни разнообразны по натуре, Джастин хорошо справлялся с ролью музыканта при Ясных Огнях, но всё ещё был слегка невероятный головою, а Гален хоть и обстоятельный парень, но всё ещё обворовывал посетителей острова. Я тоже считаю, что так выбрать сложно! Посмотрим, кем парни окончательно вырастут.


Постоянные посетители Ясных Огней обрадовались появлению Агнес. Не раз знакомая ей торговка пряностями сразу доверительно рассказала, что в городе, дескать, болезнь прошла, мор не мор, а деток малых немного не пожалела, и пяток стариков унесла.
Семье об этом Агнес не стала пока рассказывать, но попросила мать и отца в таверну более не ходить, мол, и сама справляется, а братьям наоборот - велела в детскую меньше ходить, грязь носят да натаптывают, нечего там ошиваться у дитятки, лучше у прилавка на торжке да в Ясных Огнях помочь.
Может оно и к лучшему, а то пожилым Мэгги да Ноа такие новости ни к чему знать, беспокойства лишнего дабы избежать.


Вскоре разродилась Линн - Верджил успеть позвать Мэгги, но всё обошлось просто, Лин - сильная и закалённая. И Кристину, девочку новорождённую, частенько после выносила воздухом подышать.
Я сначала диву давался, как они там все помещаются, в хибарке Верджиловой, а потом заглянул и что я вижу? Верджил успел подвал выкопать, и воздух свежий с улицы туда заходит как-то, и тепло там от печи и сухо. Темновато, как по мне, всё масляные светильники, зато уютно. Вот что значит мастер на все руки.


Даром что зима, а прослышав о постоялом дворе, нас начали навещать купцы самолично да поименитее, раньше всё в основном подмастерья приезжали да жёны.
Одна стряпня Агнес из местной рыбы да овощей чего стоит! Шли слухи, что, дескать, сюда и просто поесть да отдохнуть приехать можно.
А мы и не против. Уловы Ноа и Джастина с Галеном не так велики, как раньше, но на кухню хватает.


Смог выбраться в гости к Паломе и Фергусу Ноа. Девочек, Каройну и Леони, повидал, цельный денёк с ними тетешкался, поди соскучился в окружении одних сыновей почти.


Кажется мне, занемог немного Пепе. Болезнь послеродовая Агнес очень его уж подкосила, и после очередной морозной рыбалки он признался жене в недомогании.


Агнес снова разрывалась между домом и Ясными огнями - хотелось и там и там всех хорошо кормить, да ещё и рисовала по ночам немного.


Пепе немного отлежался и вроде как полегчало ему. Сидел долго, пока болел, за книжками своими, рассказывал Агнес мысли свои о напитках хороших для постоялого двора, побыстрей бы лето, говорит, а там винограда насеем!


Вскоре у Ангес появились новости - она снова понесла. В этот раз была осторожнее и чаще сидела дома под надзором матери, няньчилась с маленьким Вебстером.


Пепе будто бы расцвёл от таких новостей! Очень уж он её любит. Начал чаще ходить в Ясные Огни за неё, но это меня настораживает, ведь он не молод.


Гален, паскудник эдакий, вызвал уже очень большое недовольство отцовское, всё поворовывает! И с братом из-за этого поссорился, тот пытается на музыке в Ясных Огнях зарабатывать, а как тут заработаешь, когда уж слухи пошли о невидимом воришке? Коль прознает кто, что это брат хозяйкин - считай, плакал наш двор постоялый и всё, родителями нажитое.



Летал я к Паломе. Фергус на работе был, а Палома такая, бедная, уставшая, так жалко девочку. У всех много работы, но ей и отдохнуть некогда - Фергус мотается от зерватории своей к рынку, а она всё с двумя малыми, и почитать некогда.
Да ещё и снова в положении, кажется мне.


Под конец зимы приехала наша невестушка молодая, Тереза! Юная ещё, немножко и рано замуж, но, как сказал родителям тихонько Пепе, её мать таки умерла после долгой болезни, а отчим с банкротством не справился и оплатить пансион не смог. Прямиком оттуда, не дав навестить могилу матери, отправил её на остров с узелочком пожитков.
Но Гален с Джастином тоже ещё юны, так что не к спеху.
Воспитали при пансионе девицу годно, аккуратненькая, начитанная, весёлая. Приняли её очень тепло и первые дни всё по дому помогала да время с книгами проводила.


А потом я увидел, как плачет бедная в углу за родительской кроватью тихонько. К счастью, не я один увидел - Мэгги всё время на девчушку беспокойно поглядывала, и оказывается предполагала, что утрату матери и разлуку с друзьями Тереза ещё не пережила и как пережить - не знает.
Но это же наша Мэгги, мать пятерых детей, расположение Терезы она завоевала довольно быстро, и как я вижу, обязательно заменит ей мать, не побоюсь этого слова.



Пепе снова недомогал - на сей раз в постель ушёл сам. Чаще всего возле него сидела Агнес, и это беспокойство опять отразилось на её положении.


Легче, чем в прошлый раз, но с помощью одного только больного Пепе, и тоже всё же тяжело, она родила малютку Джозефа.
В эту ночь Пепе постарел окончательно.

 

Alanna2202, о времена, о нравы =)
Будем надеяться, что в будущем женщины у них в мире начнут поболее отстаивать свои права!)

 

Веришь - сама ещё не знаю)))))) у меня из них двоих нет любимчиков. Я и правда посмотрю на её расположение.

Как по мне, то всё ещё слишком просто))

 

Вот у вас там детей прибавилось! Семья разрослась!

Восхитительно! О tempora o mores!

 

Очень правдоподобный скрин, аж зацепило. Все скрины очень втемные, как сериал читаю.

Да тут поименитее купцов то захаживают, не гнушаются отведать кушаний ваших. Ведь сам граф, али барон какой.

Ох, а если споймают, что сделают.

 

Крокозябра, спасибо

А я и не знаю, мы островитяне простые, по одёжке сильно не понимаем

Хочется никогда не узнать

 

ihelen, ой страсти какие ты ужасные тут предполагаешь.

Возьму на заметку

 

Божечки, я не заметила твой камент сразу тогда, сори))
Да, я как увидела её простецкое личико, так и решила обидеть чем-то в жизни для закалки

 

Эх, простая, но тяжелая жизнь. Исторический роман получается про житье бытье на свете белом.

 

Talita, чего мы только не творим с бедными симами, чтобы не дать себе засохнуть

 

За зиму наш каминный зал в Ясных Огнях успело многовато люду посетить, многовато. Больше всего купцы разные, уж не так с нами торговали, как друг с другом - прямо тут, над горячими рыбными пирогами али с плошкой душистого да наваристого супа с корнями.
Порой в зал столько людей набивалось, что яблоку негде упасть было, а бывало и посвободнее. Агнес сильно за пустые комнаты не переживала - любовь путников к горячей еде щедрой монетой окупала тихие дни.
В другом зале, подле конторки, порой и танцы устраивали - было всегда тепло и натоплено, и по вечерам народ горячился да скучал. А чего бы и не поплясать?

Последние птенцы

Приближалась весна, и Ноа с Мэгги слишком храбрились во время редкой рассветной рыбалки, мол, вода теплее стала. Но мне -то ведомо, что не стала! Мои это воды, я их как мельницу свою знаю. Недавно ль ещё болел Пепе? Он до сих пор кашляет, а эти себя не берегут.


После долгих вечерних говоров с Мэгги перестала плакать Тереза. Даже как-то по дому привольнее, что ли, ходить начала. Не как наемная девица, а как хозяйка - то еды наготовит вместо Агнес, то приберётся. Прибираться вот она прям очень вижу любит - никогда горницы так чистотой не блестели.


С деточками было ей сложнее - она их и не видела никогда поди, только тут впервые, всю жизнь почти что в пансионе провела. Но страху не показывала, делала, как женщины учат, хоть и не очень привязывалась к детям.


Вместе с Агнес ходила как-то в особо снежный день, когда почти никого и не было на постоялом дворе, к Верджилу с Линн. Линн не зря их заранее звала - у ней второй ребёночек на подходе был, и в этот раз помощники не помешали, заодно и Тереза это дело, наверное, освоила, тут я уж не рассказчик.


Покашливал и маленький Джозеф. Странное дело, тёплая горница, ветров нету, в уличном не приходят, а дитёнок всё болел и болел, хорошо, что не сильно, его весёлость никуда не девалась, да и ел нельзя сказать что плохо. Дядья его куда более крепкими росли в своё время, как вспомню.


Не жалела дров Агнес и для гостей - даром, что их приходилось возить. Хворые не приезжали, но не хотелось ей, чтобы они тут заболели. Это хорошо, что возят - на острове деревьев-то раз-два и обчёлся, за год можно изрубить, а ты поди вырости столько.
Самой ей болеть некогда было - уже на постоялом дворе без её волшебных рук порой было сложно, а матери с отцом подыматься вгору от берега было тяжело.


Потихоньку обставляли гостевые комнаты - хоромами не назовёшь, но на тепло да уют Агнес уж расстаралась. Всё сама почти - Галена она всё на чёрные работы отправляла, то конюшни чистить, то уголь носить, чтобы не воровал ничего, а Джастин то дома помогает, то в зале музыку играет. Но не всегда они работали в Ясных Огнях - оба умудрялись бегать в мастеровые к Верджилу и очень хорошо поднаторели в его деле, Джастин больше в мастерство да строительство, а Гален все силился выдумывать что-но новое из мебели да и вообще по хозяйству штуки всякие.
Хорошо, хоть лавку рыбную, которая уж скорее обменной стала, держали Верджил и Фергус - иначе рук не хватило бы. Палома почти не приходила - ей хватало двух детей и зерватории, а Линн частенько помогала на кухне, оставив деток ошалевшей, наверное, Терезе, а порой и той же Паломе.


Про братьев ещё отдельно скажу вам немного.
Не глупые они, не разболтали Терезе, что Пепе её не им сватал, а Верджилу, потому как оба с ней подружились, а больше-то и не с кем на острове! Всё взрослые заняты делами, а они всегда друг другу были предоставлены, а тут - смотри-ка, девчушка да нашего возраста!
Со временем похвалами его искусства мастерового вынудила-таки Тереза Галена воровать перестать. Уж не знаю, что она ему там рассказывала вечер за вечером, что в книжках показывала, но присмирел, мешок свой заплечный перестал прятать ото всех, даже наоборот - оставлял себе на видном месте.
Ноа сначала, как обычно, проверял тихонько, а потом и перестал.


С Джастином же она терпеливо выслушивала его строки песенные новые, что он выдумав, бежал скорее ей рассказывать. А она не делала вид, что интересно - и правда запоминала, а потом говорила, что где хорошо и плохо. Это в ней учёность такая, учат же всяким высоким мыслям девушек в хороших школах.
Так же и за мастеровитость хвалила, но это дело такое, это дело любому мужчине нужное.


Близилась оттепель, и солнце вставало всё раньше и раньше, согревая нашу землю, стены, ранних путников на лодках и кораблях, а ложилось всё позже, оставляя нам ещё немного времени для труда.
А труда было много - Верджил в пособничестве Галена, Джастина, нанятых мастеровых да иногда даже Ноа до поздней весны ставили новый дом, рядом с домом и мастерской Верджила.



Как поставили, так и созвали семейный совет, а на него - Терезу с Джастином и Галеном.
Они только-только вернулись с двухдневной поездки в город, за мебелью кое-какой и вещами домашними, и после неё Тереза обещала Мэгги и Ноа, что сделает свой выбор.
Но молодые всех удивили. Как-то и твёрдо, и мягко одновременно, под молчание мальчишек, а ныне мужей, Тереза сказала, что не может выбрать. Что привычная стала одинаково к обоим, что оба вошли прочно в её жизнь, как братья почти, а она поди нужна им, ведь что редким хворям головным Джастина, что плохим привычкам Галена нужен глаз да глаз. А у Агнес тут своих забот полно - пожилые родители, хворый муж да детей двое, да ещё двор постоялый.
Хватит, говорит, нам место тут да время занимать, работать будем, как раньше, а вот жить отдельно будем, все втроём. Обязательно, спешно она добавляла, обязательно я выберу мужа себе, но соперничества меж братьями не будет, поэтому другому буду как сестра родная, и разлучать их не надо.
Никто не стал протестовать двум мужам да девушке мудрой, кроткой, как по мне - неприступной, и они стали жить в новом доме прежде, чем сошёл последний снег.


Агнес стало легче! Меньше еды надо было готовить, меньше народу топталось по утрам и вечерам, меньше жглось дров да лучин, а Тереза, как и раньше, приходила к ним прямёхонько к уходу Агнес на постоялый двор и проводила время с детьми и Пепе столько, столько надо было. А к возвращению Агнес кормила её и шла обратно - ведь теперь дома были свои дела.
Тереза варила варева свои лекарские из книги, о которых досель только на словах говорила. В доме Агнес-то и негде котёл поставить, а тут у них клетушка под потолком была, прохладная, как ей надо было.
Дел домашних тут столько не было - ребята и готовить сами не гнушались, и тоже день-деньской то у Верджила, то в Ясных Огнях пропадали, так что всё свободное время Тереза варила варева.


Попервой боялся я, как она там не угорела или отравы какой не надышалась - варила же она из корешков зимних, грибов-поедушек, пожухлой травы подснежной да из съедобных трав, всякое может случиться от мусора такого. Но, когда от зелья её вонючего Джастин, Пепе и хворый Ангескин сын стали лучше спать, я немного успокоился. А больше она и ничего пока не варила - не из чего. Пепе поначалу зелья боялся и дитю давать запретил, но Тереза выпила первая и всю ночь проспала у них. Он же, вставая по пять раз в час откашляться, а потом как уснуть не мог, слова свои на утро забрал назад и попросил себе немного. Через пару ночей и дитяти давать разрешил.


У них тут веселее, чем на берегу! Хатки Терезы, Верджила и Фергуса совсем недалеко друг от друга, и можно услышать частый детский смех девчат Фергуса, чаще всего играются малые то у озера, то по мастерской Верджиловой шныряют, ищут там чего интересного утащить. Подросли - и радостно, Палома смогла чаще ходить на постоялый двор, то помочь, а то и так - чаев попить с пирогами да поговорить.


Когда в мастерской не было детей, там были мастеровые, сейчас, хоть и снег ещё не весь сошёл, работали они в полную силу и по ночам, сменами. Я плохо услышал, но кажется мне, что Верджил готовит новый дом, мол, хотят на остров ещё люди приехать. Послушать бы, что за мысли об этом у Ноа, у Мэгги да Пепе.


Как подрос старшенький Агнес, всё не упомню, как зовут его, поди шесть деток на острове, так посадила его строгая нянька Тереза за азбуки. Агнес и Пепе не противились мучениям дитяти безвылазным, знали, что ему только на пользу, а Тереза их всех грамотнее.
Агнес вся в мыслях об огороде была - не помёрзли ли озимые сильно, взойдут ли помидоры её сладкие, картошечка рассыпчастая да перцы острые-душистые, а Пепе в этот раз беспокоил только виноград. Не успел он в то лето высадить его, и последний месяц пробовал делать соки да нектары из привезённого винограда, но это было дорого, и всё, что сделал, придётся продать меньше, чем стоило. Но зато он разобрался в деле этом! Ведь по книжкам уж тут доучивался. Вот и ходил радостный - мол, теперь сойдёт снег, посажу виноградику, да устроим навесы летние на времена тёплые, чтобы народ у жены в каминном зале не сидел, в потолок не смотрел, а мясо жареное с нектарами потчевал, и рынок разобьем, купцы уж давно спрашивают, где бы можно товаром обменяться кроме залов Ясных Огней.
Вот такие они волнительные ходили себе да обсуждали, пока бедный ребятёнок буквицы учил.


И случилось, как хотели. К концу весны, как просохла землица, вокруг пригодного дерева площадь небольшую камнем выложили местным, прямо рядом с таверной. А там и звать не пришлось, купцы сами палатки раскинули, Верджилу с братьями пришлось только коновязь, отхожее место да лавки со столами обустроить.


А с другой стороны всего-то за день поставили навесы лёгкие, на время тёплое, не зимнее, чтобы как Пепе и хотел - отдыхал народ честной после торговли на солнышке.