TS3 Мир: Мир Леликs - история семьи Алонсо

Недавно я вновь вернулась к Сим3 после двухлетнего перерыва, и не просто к игре, а к своей любимой семье. Может быть, потом здесь появятся и другие симики, но сейчас Алонсо и только Алонсо, семья, которую я оставляла на месяцы и годы, но которая всегда жила в моей душе

​

Содержание

Введение
Поколение первое, Алисия. 1.1, 1.2, 1.3, 1.4, 1.5, 1.6, 1.7, 1.8, 1.9.1, 1.9.2, 1.9.3, 1.10, 1.11, 1.12, 1.13, 1.14, 1.15, 1.16, 1.17, 1.18, 1.19, 1.20, 1.21, 1.22, 1.23, 1.24
Поколение второе, Лусия. 2.1, 2.2, 2.3.1, 2.3.2, 2.3.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9.1, 2.9.2, 2.9.3, 2.10, 2.11, 2.12, 2.13.1, 2.13.2, 2.14, 2.15, 2.16, 2.17, 2.18, 2.19.1, 2.19.2, 2.19.3, 2.20, 2.21, 2.22, 2.23, 2.24, 2.25, 2.26, 2.27.1, 2.27.2, 2.28.1, 2.28.2, 2.29.1, 2.29.2, 2.29.3, 2.30, 2.31, 2.32.1, 2.32.2, 2.32.3, 2.33
Поколение третье, Долорес. 3.1, 3.2, 3.3, 3.4, 3.5.1, 3.5.2, 3.5.3, 3.5.4, 3.6, 3.7, 3.8, 3.9.1, 3.9.2, 3.9.3, 3.9.4, 3.10, 3.11, 3.12, 3.13, 3.14, 3.15,

​

​

 

3.10. Фернандо

Пуп земли снова был с нами, и первые дни сестра просто не отлипала от Долл, выспрашивала сто раз одно и тоже, и просто не могла наглядеться на драгоценное чадо.



Читать дальше...

А когда вернулась к работе, то и тут решила потрафить дочке – нарисовала зимний пейзаж, чего отродясь не делала.
- Мам, какая прелесть! – пищала Долл, бегая вокруг незаконченной картины. – Так и хочется встать на лыжи и прокатиться по снежку к той избушке. – Еще бы озеро замерзшее, чтобы и на коньках было где порезвиться.
- Вот здесь осталось место, - ткнула Лусия пальцем в свободный пятачок на холсте. Будет тебе и озеро.
- Уииии!!!



Меня эти телячьи нежности порядком утомляли. И чего это моя сестра не родила пацана? Сейчас играли бы с ним в футбол или записались на курсы дайвинга, в нашем захолустье недавно открылся дайвинг-центр.
Я уходил в сад, садился на лавочку и думал о том, как могла бы сложиться моя жизнь, если бы я переломил судьбу, женился, завел своих детей? Наверное, это подбиралась старость, хоть я и чувствовал себя бодрячком.



Был конец весны, все цвело и благоухало, лучшая пора в Санлит Тайдс. Испепеляющей жары еще нет, а пора бесконечных дождей уже закончилась. А им зиму подавай, снег, лед, бррр!
Однако за тот пейзаж Лусия получила очередное звание и денежную премию, видно, не только Долл мечтала о настоящей смене времен года. Учитывая недешевую поездку в Англию и затеянное ею обустройство нашего земельного участка, эти средства пришлись очень кстати.



Да и получение сестрой этого звания сыграло важную роль в нашей семейной истории. Точнее, в лично моей жизненной истории. И вот как это произошло.
Одна бульварная газетенка прислала к сестре свою корреспондентку взять интервью у заслуженной художницы города, а заодно поснимать интерьеры и подвернувшихся родственников. Очевидно зная, что Лусия не выносит никого, сующего нос в ее личную жизнь, корреспондентка явилась без предварительной договоренности, а потому села в лужу - сестра с племяшкой уехали по магазинам. Так что дверь незваной гостье открыл я.



Была она очень миленькой, хоть и не похоже, что очень умной. И, конечно же, знала, кто я такой, потому что глаза у нее округлились, а рот открылся, и она позабыла, зачем пришла. Милочка, журналист всегда должен быть журналистом, и не теряться при встрече с самой знаменитой знаменитостью!
Но ее неподдельный восторг привел меня в благодушное настроение, мы мило поболтали о чем угодно, только не о Лусии, и девочка ушла не солоно хлебавши, но при этом по уши счастливая.



- Вы такой талантливый репортер, сеньор Алонсо, - сказала она мне на прощание медовым голоском. – Как было бы здорово поучиться у вас! Можно, я как-нибудь еще раз зайду? Или возьмите меня на интервью, я буду стоять в сторонке и слушать, - она состроила умильную рожицу и всучила мне свою визитку с номером телефона.
Думает, я не понял, что ей на самом деле нужно? Но, в общем-то, я не против.
- Пока, Малинда! Увидимся!



На душе стало легко, весело, в голове зароились мысли. Я потер руки, довольный своим творческим настроем, развернулся, поднялся к себе. Материал для статьи был подготовлен несколько дней назад, но писаться она никак не хотела, а время уже поджимало, ведь купальный сезон вот-вот откроется. Надо было срочно донести до людей, насколько же чисты наши пляжи… уж я сейчас донесу… у всех надолго пропадет желание купаться…



Но только я сосредоточился на работе, как зазвонил мой мобильник.
- Да! – рявкнул я. Терпеть не могу, когда меня отвлекают.
- Привет, Нандо! – замурлыкал нежный голосок, который я не слышал уже лет сто. Что-то все сегодня пытаются на меня воздействовать посредством вибрации голосовых связок.
- Здравствуй, Вивиан, - довольно холодно ответил я. Прошли те времена, когда я трепетал, произнося это имя.
Она не заметила, или сделала вид, что не заметила отсутствие энтузиазма с моей стороны, и продолжала беззаботно болтать ни о чем.
- Я так рада, что у тебя все хорошо… жаль, что мы очень редко видимся, но сам понимаешь, дела… Тут вот решила немного расслабиться, послушать музыку, но представляешь, музыкальный центр сломался, что-то звуком… У тебя не найдется минутки, чтобы зайти и его посмотреть?



Я едва не задохнулся от подобной наглости.
- А что же твой муж, не может починить? Ах, он гуманитарий и с техникой не дружит? А я, по-твоему, кто? Извини, но я тоже гуманитарий и тоже с ней не дружу, могу дать телефон ремонтной службы… Знаешь его, но надеялась, что я приеду быстрей? Сожалею, но не приеду. Срочная работа, так что до свидания, - я резко нажал кнопку «отбой».
Заставил себя выкинуть этот разговор из головы и сосредоточиться на статье. В итоге она получилась еще более шокирующей, чем я собирался ее сделать, и вызвала настоящий взрыв. Что ж, я не из тех, кто боится говорить нелицеприятную правду.



Через пару дней после публикации меня вызвал к себе начальник.
- Присаживайтесь, сеньор Алонсо, - указал он на стул. – У меня к вам серьезный разговор.
Интересно, собирается меня уволить? Или просто велит писать менее агрессивно? Но сам же одобрил статью и разрешил пустить ее в печать.
- Вы блестящий журналист, Фернандо, - ну, точно, от такого начала обычно хорошего не жди – мягко стелет, да жестко спать.
Но я ошибся.
- Я знаю, вы давно хотели стать ведущим теленовостей, и думаю, это время пришло. Ваше имя постоянно на слуху, пора уже и вашему лицу появиться на экране. Приказ об этом назначении я подпишу, как только мы обговорим детали.
Вот оно, свершилось! Не зря я работал не покладая рук все эти годы!



Одновременно с переменами к лучшему в моей карьере, в семье покойного Кеннета происходили печальные события. Состояние его вдовы Леанны с каждым днем ухудшалось, так что младших дочек забрали родственники, поскольку мать уже и о себе-то не могла позаботиться. Мелоди приютил брат Леанны Харви, а Женевьеву – его внебрачный сын Брант Новосельских.



Марселла, старшая из дочерей Кеннета, категорически не захотела заниматься сестрами.
- До них ли мне? Не сегодня-завтра я рожу, и это мне нужна будет помощь, но от сестриц ведь ее не дождешься.
- У Бранта тоже грудной ребенок, но он все равно согласился приютить кузину, - возмущалась по этому поводу Лусия. – А тут, родная сестра…
- Мам, ты как будто не знаешь Марс! Да она ни ради кого пальцем не пошевелит! Бедного Кристо совсем измучила.
- Зато младшая сестра твоего дружка теперь за него мстит, - встрял я в разговор своих женщин. – Я тут встретил Харви, и он жаловался, что она терроризирует бедную Мелоди. Мать оторва, и дочка такая же растет.



Когда Леанна скончалась, Марселла даже не пришла на ее похороны, видно знала, что мать ничего ей не оставила. А мы с Лусией сходили попрощаться с покойницей и подбодрить младших дочерей.



- Обращайтесь к нам, если что-то будет нужно, - обнимая их и гладя по головам, сказала Лу. – Не забывайте, что мы родня.
Я поддержал ее. Пусть Долл и не хочет принимать девочек, как двоюродных сестер, но в любом случае они сироты, а и Леанна, и Кеннет были прекрасными людьми, независимо от того, родственники они нам или чужие, так что грех не помочь их дочкам сейчас.

 

3.11. Долорес

Все время, пока Хэнка не было рядом, я маялась предчувствиями, что он передумал и не приедет, даже несмотря на ежедневное общение в скайпе.
- Что ты застрял в своей Ирландии? – ныла я. – Не могу без тебя так долго.
- Малыш, я же должен завершить все дела, прежде чем уехать навсегда.
- Какие такие дела? Ты же вроде с отцом уже все решил?
- С отцом да, но есть и другие проблемы.
- Например?
- Ну, вот сегодня я встречался с братом, подумал, что нехорошо будет уехать, не помирившись.



Читать дальше...

Когда речь заходила о Скотте, меня всегда грызло какое-то смутное сомнение, но только сейчас я, наконец, поняла, что именно мне казалось странным.
- Слушай, а ведь Скотт старше тебя, так почему же не он наследует после отца?
- Так он внебрачный сын, и, хотя папа признал его и дал нашу фамилию, унаследовать родовое имение и титул он не может.
- Вон оно как! Я и не подозревала, что вы не полнородные.
- Об этом мало кто знает, мы не особо распространяемся на эту тему. Все, малыш, я отключаюсь, до связи.
Мне хотелось говорить еще и еще, но нельзя было забывать про разницу во времени, и я покорно смотрела на пустой экран, где только что было, а теперь исчезло, лицо Хэнка.
На острове стояла чудесная погода, которая бывает лишь в конце весны и в начале лета, и знакомые то и дело устраивали гуляния на природе, но без моего Хэнка я не хотела никуда выходить.



Дома тоже можно было неплохо проводить время - пока меня не было, мама затеяла обустройство прилегающего участка. Так что теперь у нас был собственный бассейн, сделанный в форме раковины, с лежаками и зонтиками вокруг, а рядом - площадка для пикника.



Я хотела позвать Кристо и посидеть вечером, как в старые добрые времена, у нас на террасе, глядя на море и болтая обо всем на свете. Или поплавать в новом бассейне, а потом опять же поболтать, сидя с бутылочкой легкого вина и жареными на гриле сосисками.
Но радостный друг на мое предложение сообщил, что у него только что родился сын, и он все время торчит у Марселлы.



Когда мама прослышала об этом ребенке, то впала в сентиментальность, начала рыться в старых коробках, просматривать древние фотки и в итоге вытащила на свет божий два снимка, где я была новорожденным младенцем. И ладно бы полюбовалась и запихала обратно - нет, она вставила их в рамки и поместила у себя в комнате на письменном столе.



Ну что у матерей за дурацкая манера вечно показывать своих детей в глупом виде? Разве кому-то, кроме нее интересна я, замотанная в пеленки? Не вижу, чем тут умиляться.
Дядя на это лишь посмеивался, говоря, что его сестричка созрела стать бабушкой. Только как она ею станет, пока Хэнк живет на другом конце света?
Так что маме оставалось лишь разглядывать мои детские фотки, а в перерывах рисовать картину за картиной. Ее полотна с некоторых пор нарасхват скупают мировые музеи и уже при жизни маму стали называть великой художницей. Все-таки она у меня молодец.



Мне тоже ничего другого не оставалось, как только работать и работать. Но до исполнения заветной мечты стать кинорежиссером по-прежнему, словно до луны. И что обидно, никто меня всерьез не воспринимает и учить профессии не хочет. А чтобы отвязаться, твердят "Чтобы стать настоящим профессионалом, надо изучить всю работу с самого низа". Вчера вот поручили заняться светом, и теперь я бегаю по всей площадке, как сумасшедшая - там слишком темно, тут слишком ярко, здесь подбавь зеленого, туда надо сиреневого...



Дома мама меня пилит:
- Доченька, ты так исхудала... Давай, я тебе блинчиков напеку? Или отбивную с жареной картошкой сделаю? Ну, нельзя все время на одной траве...
- Мам, это тебе надо блинов, да еще и с мясом. Ты по жизни худая, а мне за своим весом постоянно следить приходится. Чуть переешь, и все, ни во что не влезаю



- Да ты скоро изо всего выпадешь! Хэнк приедет, и не найдет тебя.
Хэнк! Я уже просто возненавидела компьютер, который показывал мне лицо моего любимого, позволял слушать его голос, но не давал дотронуться до него, почувствовать тепло его тела и вкус его губ.



- Ну, все, Долл, я купил билет, - сначала мне показалось, я неправильно его поняла, потому что уже и не надеялась когда-нибудь услышать эти слова.
- Билет? Куда? - глупо переспросила я. - В кино?
- В Санлит, - рассмеялся Хэнк. - Я, наконец, разделался с делами, теперь я весь твой.
Боже, как я летела в аэропорт!

 

3.12. Долорес.

Мы не поехали из аэропорта прямо домой, я повезла Хэнка в недавно открывшееся в городе кафе – не хотела, чтобы он попал в мамины лапы. Сначала мне надо было насмотреться на него самой, подержать в объятиях, зацеловать, чтобы окончательно поверить – он тут, со мной, самый настоящий живой Хэнк.
Его, похоже, обуревали те же чувства, он также не отрывал от меня жадных глаз и с жаром отвечал на объятия и поцелуи.


Читать дальше...

Из кафе мы ушли довольно быстро, нам нt хотелось ни есть, ни пить; и долго бродили в обнимку по укромным улочкам и безлюдным пляжам. Лишь когда зазвонил мой мобильник, я очнулась и вспомнила, что кроме Хэнка в этом мире живут и другие люди.
- Наверное, мама, волнуется, что мы так долго не идем, - сказала я, вытаскивая телефон из сумочки.
Но высветился номер Кристо.
- Да?
- Привет, Долл! Ты тут предлагала встретиться, посидеть вместе. Так вот я сегодня свободен.



«Сегодня и навсегда я несвободна, мой друг», - подумала я.
- Извини, не могу. Давай в другой раз, ладно?
- Жаль, думал, отметим мое повышение по службе. Но ничего не поделаешь. Созвонимся на днях, хорошо?
- Конечно.
Я огляделась. Хэнка рядом не было и мое сердце упало. Но он отлучился лишь на минутку к цветочному ларьку и уже шел обратно, улыбаясь и протягивая мне желтый букет.
- Очень подходят к твоему платью.



Я наклонилась над цветами, чтобы вдохнуть их аромат, и вдруг заметила какой-то блеск среди лепестков. Это было кольцо.
- Ты ведь выйдешь за меня, правда? – глухо спросил Хэнк. Неужели он и впрямь боялся, что я отвечу отказом?
- Ну, конечно! – кажется, я отбросила букет в сторону, предварительно вынув из него обручальное колечко, и сияя, как рождественская елка, бросилась жениху на шею.



- Я подумал, зачем нам все эти церемонии с кучей родственников? Помолвка – это ведь только наше с тобой дело, правда?
- Да, милый, - я прижалась к боку Хэнка, и он крепче обнял меня за талию. – Но боюсь, мама этого не поймет.
Так и вышло, она немного надулась и заявила, чтобы мы не смели и думать завтра с утра бежать в ратушу и расписываться. У нее не было нормальной свадьбы, но на то имелись объективные причины в виде траура, а уж единственная дочка не имеет права лишать ее такого важного события просто из-за глупого нетерпения. Нет-нет, надо все хорошенько обдумать и подготовить.



Поначалу я боялась, что мама не примет Хэнка. Все-таки она – утонченная, творческая натура, а он – простецкий парняга, пусть и граф. Что с него возьмешь – спортсмен, а когда они блистали интеллектом? Обаяшка, этого не отнимешь, но разве мама клюнет на улыбку и сладкие речи?
Конечно, им уже приходилось общаться, но не так много, как сейчас, когда Хэнк поселился у нас на правах жениха. К моему удивлению и облегчению обычно замкнутая мама готова была часами болтать с потенциальным зятем, не краснея, выслушивала скабрезные анекдоты и весьма смелые комплименты. Уверена, любого другого она давно поставила бы на место. Хэнку же позволялось все.
Я слишком рано потеряла отца и успела позабыть, что папа был из той же породы, и что мама так и не полюбила другого мужчину.



А уж когда Хэнк выложил денежки за еду и проживание, даже суровый дядя стал смотреть на него благосклонно.
- Это я понимаю, мужчина. Не хочет жить за чужой счет, а значит, и после свадьбы не станет сидеть на шее у жены.



Мама забросила свои картины и занималась исключительно подготовкой к моей свадьбе. Она даже отложила церемонию, которую наш мэр решил устроить в ее честь.
- Мам, так ли часто в наше время чествуют художников? - попыталась я ее урезонить.
- Настоящие таланты ни в какое время не получали достойного признания при жизни, - ворчливо отвечала она.
- Тем более не следует отказываться от награды!



- Лу, вспомни, наша мама тоже когда-то была мэром, - поддержал меня и дядя Фернандо. - Думаешь, ей было бы приятно, если бы кто-то проигнорировал ее намерение поощрить заслуженного члена общества?
- Наша мама, Нандо, прекрасно поняла бы меня. И не стала лезть со своим чествованием сейчас, когда есть куда более важное семейное событие!
Мы с Хэнком вполне обошлись бы без помпезности, но она упорно составляла списки гостей, из которых я не менее упорно вычеркивала половину; заказывала цветы для украшения церемонии и арендовала специальный банкетный зал под открытым небом.
- А если пойдет дождь? Может, отпразднуем дома?
- Не каркай, пожалуйста! И никаких "дома", здесь никто не поместится, даже если выкинуть мебель с первого этажа! Если ты не будешь мешать мне, все пройдет отлично. Ах, это будет свадьба года! - она мечтательно закатила глаза. - И поторопись, пожалуйста, мы должны посетить сегодня два свадебных салона, ты же так и не выбрала себе платье!
Мы обошли все магазины Санлита, как специализированные, так и обычные, хоть я и убеждала маму, что уже сделала выбор.
- Но, дорогая, а вдруг здесь тебе больше понравится? - приходилось слушаться и снова и снова после работы ходить с ней и смотреть свадебные наряды.
В итоге, как это всегда и бывает, мы вернулись в первый салон и купили то самое платье, что приглянулось мне с самого начала.
- Сюда подойдут сапфиры, что подарил мне Хэнк, правда? - спросила я, примеряя платье уже дома.



Мама все-таки устроила торжественный ужин в честь нашей помолвки, на котором Хэнку пришлось официально попросить у нее моей руки. Получив согласие на наш брак от прослезившейся матушки, Хэнк повернулся ко мне и протянул коробочку со следующими словами:
- Самой красивой девушке в мире, к ее голубым глазам, в которых я утонул далеко и надолго.
Я догадалась, что это какие-то драгоценности, но, открыв футляр, замерла, не веря своим глазам.
- Но... Хэнк, это же "сердце океана"! То самое?!
Он тихо рассмеялся.
- То самое покоится на дне, как всем известно, и вообще, это выдумка. Но мне захотелось подарить тебе что-то действительно запоминающееся, вот я и заказал ювелиру такой комплект. Это, правда, не бриллианты, а сапфиры, зато у Розы не было серег! - добавил он немного самодовольно.
Все-таки у меня будет самый лучший муж на свете!

 

Лена, спасибо! Конечно, у Долл судьба совсем другая, чем у ее бедной мамы, но обо всем по порядку, потихоньку

 

3.13. Хэнк

Ну, вот я и порвал со своей прошлой жизнью, и собираюсь начать новую. Пожалею я когда-нибудь о том, что сделал? Сто пудов нет. Во-первых, я по уши влюблен в свою будущую жену. Во-вторых, здесь ко мне относятся куда лучше, чем дома. Сначала, правда, дядька меня немного доставал - я все время мешался у него под ногами (ну, это он так считал, не я). Стоило мне пойти на кухню - как ему тоже туда приспичивало.



Читать дальше...

И ведь не в том дело, что я занял плиту, а ему срочно надо поджарить себе яичницу. Просто старикан привык быть единственным мужчиной в доме, да и Долл он всегда заменял отца, так что просто ревнует, я ж не дурак, все понимаю. Может, когда и я буду ревновать к жениху своей дочки. Ведь у нас с Долл обязательно будет дочка, она мне рассказывала эту странную прихоть своей бабушки, чтоб их род продолжался по женской линии. Ну, у всех свои бзики. Мне вот совершенно безразлично, кто будет жить после меня, лишь бы жили. И фамилию свою на Алонсо я поменяю совершенно спокойно. Что хорошего у меня было, пока я был Макламур и наследник рода?



Папенька принуждал меня жить по "заведенному обычаю", заставил поступить на факультет бизнеса, к которому у меня никаких склонностей. И еще параллельно слушать курс по специальности "коммуникации", когда мне хотелось поменьше заниматься, а побольше отрываться среди сокурсников. А здесь я, наконец, исполню свою мечту и стану спортсменом.



Отец мне этого ни в жизнь бы не позволил.
"Граф Макламур никогда не будет, как дурак, бегать в трусах у всех на виду и гонять мяч! Мой отец вел себя, как подобает его положению и занимался семейным бизнесом, который основал его дед. Я продолжил их дело и не позволю никакому мальчишке, будь он хоть трижды моим сыном, осрамить нашу фамилию и сгубить наш бизнес! Иди и учись, а после будешь помогать мне вести дела".
Бееее.... Пусть теперь внука терроризирует, уж Тед-то под чутким руководством Эшли и моего отца вырастет истинным Макламуром вкупе с Короно, не сомневаюсь. И они же постараются, чтобы сын поскорей забыл о таком непутевом папаше, как я.
Хорошо, что Долл не противно стать женой дурака в трусах, она даже сама предложила потренировать меня перед тем, как я подам заявку в местный футбольный клуб и уступила свою беговую дорожку.



Короче, я счастлив, и готов забыть свою прошлую жизнь.
Да и как мне не быть счастливым, когда рядом лучшая женщина на свете?



А новая теща меня обожает (кажется, я чем-то напомнил ей ее покойного мужа, хотя видал я его портрет, ну ничего общего), и даже со зловредным дядькой мы сумели найти общий язык.
И ведь все оказалось проще пареной репы. Короче, раз уж тут кругом море и коралловые рифы, думал я, что все тут умеют плавать и подарил дядьке акваланг, чтоб поменьше дома сидел и яичницы жарил. Он сначала смотрел на него, вытаращившись, а потом загорелся идеей научиться погружаться.



Записался на курсы, так что теперь мы его не часто видим, и я могу спокойно учиться готовить - теща с радостью уступила мне эту честь, а сама принялась рисовать Долл в подвенечном наряде. Меня, понятное дело, не пускают смотреть, ну и ладно. Мне на кухне куда интересней.



А дядька теперь, если бывает дома, плавает с маской в бассейне. Чудак, право слово! Чего там смотреть-то? Вон море в двух шагах, шел бы, да плавал, все интересней. И ведь совсем не жалеет себя, а годы уж не те. Так один раз доплавался, что чуть не потонул.



Полночи потом на шезлонге отлеживался, домой не шел, чтоб женщин не пугать. А Долл еще говорит, что он с девчонкой молодой встречается, вот ведь, седина в бороду, бес в одно место.



Пожалел бы себя, так и до свадьбы не доживет, кто посаженным отцом-то будет?
Но ничего, дожил, крепкий орех.
Они с тещей вскладчину подарили нам на свадьбу авто. Конечно, не столько нам, сколько Долл, она мечтала о машине с тех пор, как в универе научилась водить. Да и цвет явно не мой.



Долл прыгала от радости и даже заявила, что сама всех повезет на венчание. Сколько теща ни уговаривала ее сесть со мной сзади, а руль уступить Фернандо, ничего у нее не получилось. Давно пора понять, если Долл чего-то вбила себе в голову, ее не переубедишь.



- Жаль, ехать близко, - с сожалением произнесла она, с силой вжимая педаль газа. - А, может, прокатимся по острову, опробуем тачку? Да, шучу, я мам, шучу! Что ты как реагируешь? - И мы завернули на стоянку около празднично украшенной площадки.
Тещенька не подкачала, это даже моя невеста признала.
- Боже, какая красота! - прошептала она, когда увидела свадебную арку и прочие атрибуты предстоящего торжества.



Ну, арка и арка. Цветы в вазах, скамейки для гостей, сбоку накрытый стол для них же. Все как полагается. Но для меня лично имела значение только сама Долл, парящая в своем воздушном белом платье надо всем этим великолепием.
Я влюбился в нее с первого взгляда, пусть она в это до сих пор не может поверить, и сейчас снова ей это повторил.
- Как это может быть? Я тогда была толстой и некрасивой.
- Не худенькой, это правда, но разве только фигура делает девушку красивой или некрасивой? В тебе был и сейчас есть какой-то магнетизм, и он постоянно меня к тебе тянет. Боюсь, он не исчезнет, даже когда ты станешь старушкой и будешь все дни проводить на веранде в кресле-качалке.



Она счастливо засмеялась.
- Представила, как я, с трясущейся головой, катаюсь по дому на инвалидной коляске, а ты, как привязанный, ковыляешь за мной с палочкой. Иногда останавливаешься и принюхиваешься к моему "магнетизму".
- Ну, нет, мы до смерти будем бодро бегать на своих двоих, и играть в салочки с внуками. И пахнуть ты будешь также чудесно, как и сейчас.
Развить тему нам не удалось, поскольку гости уже собрались, и распорядитель церемонии предложил мне встать около арки, а Долл увел к началу дорожки, где ее ждал дядя. Заиграла тихая музыка, и Фернандо медленно повел племянницу по проходу.
- Держи, парень, и смотри, заботься о ней также хорошо, как я.
Потом были обычные слова о святости брака и рождении новой семьи, и вот, наконец, нам предложили обменяться кольцами и клятвами верности.



Теща, как и полагается, утирала слезы кружевным платочком, но я видел это только краешком глаза, а то и подсознанием, потому что тонул в глубоком нежном взгляде своей жены.



- А ты, Нандо, когда уже пойдешь под венец? - услышали мы с Долл голос ее матери и вернулись в реальность. - Я все жду, жду. Вон, смотри, какая милая девочка подросла, чем не партия тебе?



- Это Джен, сестра Кристо, - шепнула мне на ухо Долорес. - Только для дяди она слишком молода, по-моему, она еще школу не закончила. Сам Кристо тоже должен был прийти, но, наверное, задержался на службе, или Марселла его, как всегда, не пустила.
Мне сейчас было плевать и на школьного приятеля Долл, и на ее мать, и на дядьку, и на всех гостей вместе взятых. Я хотел схватить жену в охапку, утащить в тихое место, где будем только мы вдвоем, и осуществить все свои новообретенные права.

 

3.14. Фернандо

Со дня свадьбы племянницы Лусия не переставала смотреть на меня укоризненно, как будто я виноват в том, что моя личная жизнь не сложилась. Что уж возвращаться к этому теперь, когда мне давно идет шестой десяток? Я нормальный мужчина, монахом не живу, а род наш сестра продолжила, все равно по завещанию мамы Алонсо должны идти по женской линии, так что все в нашей семье нормально, зачем же снова и снова наступать на больную мозоль?
- Сама-то чего бобылкой живешь? - я решил перевести стрелки. - Уже больше 10 лет вдова, сколько можно?
- Да за кого мне выходить, и зачем?
- Зачем? За женским счастьем. А насчет «за кого», так сама мне вчера рассказывала, как к тебе молодой ухажер подкатывал, - я заржал в полный голос, вспомнив, как сестра чуть не плача поведала мне эту «позорную историю».
- Ничего тут смешного! – Лусия обиделась. – Я приличная женщина, уже почти бабушка, а тут этот нахал…



Читать дальше...

И она снова начала вспоминать о том, как вчера к нам в дверь постучался молодой незнакомый парень. Лу решила, что это турист, который заблудился (на нашем небольшом, но путаном острове это происходит сплошь и рядом), впустила его в прихожую, собираясь рассказать, как добраться до центра или куда там ему надо. Наглец же, поняв, что немолодая женщина дома одна (я был на работе, молодожены уже отбыли в свадебное путешествие), начал к ней приставать.
- Вы такая интересная женщина, я бы хотел узнать вас получше…
И так далее в том же духе. А когда сестра послала его подальше, тип разозлился и наговорил ей обидных слов, навроде того, что такую старуху уже никто не захочет даже и за большие деньги и зря она отказывается отведать молодого тела.



- В следующий раз вызывай полицию! А лучше вообще не открывай дверь незнакомым людям! – наставительно сказал я. – Ты же смотришь новости, а я регулярно вещаю о том, какая у нас неблагоприятная криминальная обстановка. Что, если бы этот тип стукнул тебя по голове, ограбил дом, а тебя изнасиловал?



Лу схватилась за сердце. По-моему, кроме мужа, у нее не было других мужчин, и даже нормальные отношения ее пугают, что уж говорить об извращенцах.
- Да ладно, шучу. Наш дом хоть и далеко стоит от другого жилья, но благодаря парку вокруг всегда шатается полно народу, и полиция патрулирует, вряд ли кто решится на подобное преступление.
- Ты меня не успокоил! – она явно нервничала, и мне уже стало не до смеха. Дурак, чего это я ляпнул про насильника. Но сестра кое-что вспомнила и переключилась на спасительную мысль, далекую от вчерашнего происшествия. – Кстати, не знаешь, кто купил участок выше по дороге и что там планируется? Туда стройматериалы завезли. Может, все-таки у нас вскоре появятся соседи?
Я знал, но отрицательно помотал головой – еще не время было об этом рассказывать. Да и меня ждали другие дела.
- Если что выясню, расскажу, - и пошел чистить зубы. Нельзя же отправляться на свидание с вонючим ртом.



Пусть я не женат и бездетен, и меня преследуют неудачи в личной жизни, я отнюдь не чураюсь женщин. Помните незадачливую журналистку по имени Малинда? Типичнейшая блондинка, про которых сочиняют анекдоты – глуповатая, вздорная, но забавная. Мы с ней часто встречаемся последнее время.



Но не успел я выйти из дома, как зазвонил телефон. Крайсти Адамс. Не брать трубку, что ли? Внести ее номер в черный список? Честно, с некоторых пор она начала меня утомлять.
«Мы больше не друзья, запомни это и не звони!» - хотелось мне завопить в трубку, но мама учила меня быть вежливым в любой ситуации, и я сдержался.



- Да, Крайсти?
- Привет, Нандо! Как жизнь?
- Отлично, спасибо. А у тебя?
- Тоже неплохо. Знаешь, я тут подумала, давненько мы не встречались, и решила устроить небольшой сабантуйчик. Вивиан с Реем обещали заглянуть, а ты придешь?



- Извини, не смогу, дела, дела.
Я и в самом деле не хотел никого из них видеть – мне давно уже неприятен мой некогда лучший друг, который, по-моему, только тем и занят, что пытается переплюнуть меня на литературном поприще. Кишка тонка!
А Вивиан? Как я мог любить эту лживую девочку, всегда и во всем ищущую выгоду для себя? Наверняка и сейчас ей что-то нужно, вот и подбила сестру на эту байду с вечеринкой. Не собираюсь тратить время, глядя на их рожи и выслушивая слащавую болтовню о прошедших годах и нашем славном детстве. Я проведу вечерок поинтереснее!



Конечно, кроме отсутствия мозгов, у Малинды очень непростой характер, но как любовница она была идеальна – нетребовательна, на все согласна. Однажды, пока я спал, она сбегала в цветочный магазин за букетом и радовалась, как ребенок, когда я благосклонно отнесся к ее подарку.



А тут еще коллега, которая ведет астрологический прогноз, заметила нас случайно в ночном клубе и пристала:
- Нандо, давай я составлю тебе гороскоп отношений. Ну, право же, нельзя игнорировать звезды, встречаясь с кем попало...
Пришлось дать ей наши с Малиндой данные о дне и часе рождения, лишь бы отвязалась.
- Поздравляю, эта девушка тебе подходит, - милостиво объявила астролог через пару дней. Держи гороскоп.
- Вот и отлично, - кивнул я с кислой физиономией. Ну как можно верить в подобную чепуху?



Малинда не была уроженкой Санлит Тайдс, она, как и многие другие, приехала в столицу за лучшей жизнью из глубинки. Так что своего жилья у нее здесь не было, снимала комнату вместе с подругой, поэтому мне приходилось приводить ее к себе, и чем дальше, тем чаще оставалась она ночевать.
- Какие планы на сегодня? – спросил я ее как-то за завтраком.



- У меня выходной, так что поеду в спа-салон, буду весь день нежиться и расслабляться, - она довольно улыбнулась. – Заедешь за мной туда после работы? Можно будет потом где-нибудь поужинать.
- О’кей, договорились. Пока, детка, - я поднялся, чмокнул ее в ароматную макушку, переоделся в костюм и отправился трудиться.
Все мысли тут же переключились на репортаж, который я должен был вести – держитесь, коррумпированные чиновники, скоро вам станет жарко!



Покончив с делами, как и обещал, я отправился за Малиндой в спа-салон, завернув по дороге в один ювелирный магазинчик.
Девушка отдыхала после процедур, с комфортом устроившись на покрытой балдахином кровати, стоявшей прямо на улице, и листала модный журнал.



О чем я в тот момент думал? Волновался ли? Нет, я был холоден и спокоен, потому что уверен – если два раза не получилось, то в третий – тем более. И все-таки я собирался попробовать.
- Привет, Мал! Ты уже закончила здесь?
- Да, милый! – промурлыкала она, отбрасывая журнал и выбираясь из кровати. – Но ты сегодня рано освободился, еще не время ужинать, чем займемся?
Я достал коробочку из кармана пиджака.
- Да вот, думал предложить тебе кое-что. Не хочешь выйти за меня замуж?
Глаза Малинды широко распахнулись.



Она завизжала и кинулась мне на шею.
- Это правда, Нанчик, ты хочешь жениться на мне? Правда-правда?
Я чуть поморщился, такое коверканье моего имени мне совсем не нравилось, но я собирался довести начатое до конца, на 99% уверенный, что в последний момент брак сорвется.



- У тебя паспорт с собой? Поехали в мэрию прямо сейчас! А то вдруг завтра ты передумаешь? - деревенские девушки не так просты, как кажутся. И вцепляются в жертву мертвой хваткой.
- Нас все равно не распишут сегодня, - попытался возразить я.
- Тебя распишут когда угодно и с кем угодно, - уверенно заявила она. – Побоятся твоей репутации холодного и безжалостного журналиста.
И оказалась права. Домой я вернулся уже с кольцом на пальце и штампом в паспорте.

 

О, как! Фернандо попал? В любом случае поздравляю молодоженов, и тех и этих.

 

СветLana, спасибо! С двумя крупными и кучей мелких неудач в личной жизни Фернандо на пороге старости уже ни на что не рассчитывал. И тут вот на тебе

А я не жалею об этом

 

3.15. Долорес. Свадебное мини-путешествие.

Я ужасно волновалась перед свадьбой, но все прошло замечательно. Мама позаботилась обо всех мелочах, платье сидело на мне идеально – не зря я последние две недели терроризировала беговую дорожку, сгоняя малейшие признаки жира.
Единственное, что меня немного тревожило – не обидится ли Хэнк из-за того, что к свадебному платью я не надела его подарок. Мама уверяла, что здесь необходим жемчуг и отдала мне свой комплект – ожерелье и серьги, который бабушка Алисия приготовила ей на свадьбу. Но, поскольку, из-за траура у мамы свадебного торжества не было, она эти украшения так ни разу и не надевала.
Но мой любимый во всем соглашался с тещей.
- Да сапфиры, в общем-то, и не подразумевались к свадьбе, - сказал он. Обожаю его!



Читать дальше...

А вот Кристо просто невыносим! Опоздать на свадьбу лучшей подруги! И никакие уважительные причины тут не принимаются! Хотя, что я могу поделать, все-таки у их с Марселлой единственного сына был день рождения, самой собой, Кристо не мог проигнорировать такое событие.
Он, конечно, все-таки явился, но церемония к тому времени закончилась, и Хэнк настойчиво пытался утянуть меня домой, пока там никого нет. Мне и самой не терпелось остаться с ним наедине, пусть гости развлекаются сами.



Наконец, все положенные обряды были совершены, гости получили по куску свадебного торта, а нас с Хэнком сфотографировали со всех сторон как для семейного альбома, так и для местной светской хроники.
- Мам, мы поедем, ладно? А вы с дядей потом вызовете себе такси.
- Конечно, милая, - мама смущенно поцеловала меня в щеку. Она, разумеется, догадывалась, что мы и до свадьбы не вели целомудренную жизнь, поскольку Хэнк давно ночевал со мной в одной комнате, но все равно не могла привыкнуть к мысли, что я уже взрослая, а теперь и замужняя, женщина.

Еще пока я училась на последнем курсе, мама произвела в доме небольшой ремонт, считая, что моя бывшая детская слишком мала для семейной пары. Так что теперь я и мой муж обитали на втором этаже. Изначально эта комната предназначалась бабушке Алисии, после того, как она овдовела и решила уступить свою спальню маме с папой. Но бабушка так и не успела дожить до окончания ремонта, с тех пор эта комната пустовала, лишь я в детстве здесь иногда играла, мне нравилась старомодная мебель и тишина, вечно здесь царившая. Теперь же спальню было не узнать
Мы с Хэнком поднялись туда, чтобы вылезти из праздничного облачения. Я думала, что мы тут и зависнем, но у мужа было игривое настроение, и он потащил меня в бассейн.

Читать дальше...

Вечер был теплый, вода приятно ласкала тело. Не стану вдаваться в подробности, но не исключаю, что мамина мечта о внуках начала осуществляться прямо здесь и сейчас.



А на следующее утро мы собирались отправиться в свадебное путешествие по островам Санлитского архипелага. Это было интересно не только Хэнку, но и мне самой. В детстве родители вывозили меня и в Египет, и в Аврору, а вот по округе, как водится, никогда не ездили.
Я все еще не могла поверить, что вышла замуж, и всю ночь крепко прижималась к Хэнку, а утром, пока собиралась, то и дело любовалась обручальным колечком.



Я не участвовала в подготовке к свадебному путешествию, это был сюрприз Хэнка, знала только, что сначала мы едем в Исла-Парадизо.
Такси, паром, опять такси, и вот мы на месте. Я ожидала увидеть отель, но машина подъехала к старенькому причалу, у которого была пришвартована маленькая яхта.
- Прошу! – Хэнк сделал приглашающий жест рукой.
Я осторожно ступила на шаткую посудину, но войдя внутрь и увидев на стене картину с целующейся парочкой, запищала от удовольствия.



Внутри все было просто и скромно, но мне здесь уже нравилось. Медовый месяц вдвоем посреди моря – это же так романтично!
Мы немного прокатились вдоль берега – я и не знала, что мой муж умеет управлять яхтой, наверное, мне еще многое предстояло о нем узнать.
Когда пришвартовались обратно, меня немного покачивало. Хоть я и выросла на морском берегу, плавать на лодках мне почти не приходилось.
- Сухопутная крыса, - очень нежным голосом обозвал меня Хэнк и чмокнул в кончик носа.
- Водоплавающая! – поправила его я. – Идем купаться, и я тебе это докажу.
Настроение у меня было превосходным, я плескалась в воде и смеялась, как дошкольница, пока муж отвечал на смс-ку от брата.



Честно говоря, дальше не произошло ничего интересного. Ну, то есть ничего интересного для посторонних, поскольку мы больше ни разу не снимались с якоря, хотя и на сушу тоже не вылезали, так я и не узнала, что есть интересного в Исле.
Правда, через несколько дней нам предстояло перебраться на другой остров, что мы и сделали, вызвав водное такси.
Здесь нас ждал забронированный Хэнком номер-люкс, но из примечательного можно отметить лишь, что когда мы вселялись, какая-то пожилая иностранка произнесла вполголоса по-английски, явно говоря обо мне:
- Какая очаровательная молодая леди!



Потом мы заперлись у себя в номере и не вылезали оттуда до тех пор, пока не пришла пора возвращаться домой. И мне, и Хэнку, надо было выходить на работу, да и день рождения дяди Нандо был не за горами.

 

Эта Исла-Парадизо жутко глючила, так что в игре он был скомканным немного. Но да молодой влюбленной паре особо не до путешествий

 

Так мне хотелось поизучать новый на тот момент аддон А поскольку я играла только этой семьей, вышло вот такое куцее, но от этого для них не менее счастливое, свадебное путешествие

 

3.16. Долорес. Заразная болезнь

Несмотря на то, что так и не посмотрели на красоты Исла Парадизо, домой мы с Хэнком вернулись довольные и счастливые. Однако здесь нас поджидал неприятный сюрприз.
Оказалось, за время нашего отсутствия дядя Нандо успел жениться, и на ком? На какой-то безмозглой блондинке, которая ну никак ему не подходила. Он и раньше иногда приводил эту Малинду к нам, и она оставалась ночевать, и это было нормальным, но жениться на ней? Не ожидала от дяди подобной глупости.
В первое же утро по возвращении мне пришлось с ней завтракать и хочешь, не хочешь, выслушивать бред, который она несла, и смотреть на ее бессмысленную улыбку.



Читать дальше...

- Я так рада войти в вашу семью, Долл, - щебетала она, жуя приготовленный мной салат. – Фернандо такой милый, и вы все тоже такииие милые. Думаю, мы с тобой подружимся, мы ведь почти ровесницы…
«Ага, щаззз, - подумала я. – Нет и нет – мы не подружимся, и мы далеко не ровесницы, тебе, милашка, ведь уже тридцатник, а то и больше, как бы ты ни строила из себя инженю».
- Я, знаешь, чего придумала? - продолжала Линда. - Давай сходим к гадалке, узнать свою судьбу, как у нас сложится с нашими мужьями…



- Нет уж, благодарю, - фыркнула я. – Мне и так известно, что все у нас с Хэнком будет хорошо. А ты сходи, если хочешь, - «потрать немного дядиных денег на всяких шарлатанов, вдруг, они скажут правду – что ты дура и дядя сможет вытерпеть тебя недолго». - Ладно, мне пора на работу, - я поднялась из-за стола.
Жаль, что дядя Нандо скоро переедет от нас, но видеть каждый день ЭТУ – выше моих сил. Лучше бы он так и оставался холостым, чего приспичило жениться на пороге пенсии?



Но скоропалительная свадьба была не единственной неприятной новостью. Пока мы с Хэнком отсутствовали, умерла наша старенькая собака Рокси. Конечно, песик был уже очень и очень стар, мама рассказывала, что ее завел еще папа до их свадьбы, но мне все равно было грустно.



И не только наш дом посетила смерть.
Вскоре после возвращения из путешествия мне позвонил Кристо, сказал, что умерла его мать. Я понеслась к нему, поддержать и помочь с похоронами. Бедняга рыдал у меня на плече, а я утешала его, как могла. Пусть для всех эта женщина была непорядочной, он ее очень любил.
- И как раз сейчас Марселла опять взбрыкнула, не дает мне видеться с сыном, только алименты требует.



Что я могла на это сказать? Уже сто раз было переговорено, что кузина Марс – не лучший выбор на роль жены и матери. Пора бы Кристо выбросить ее из головы, найти себе хорошую женщину и завести нормальную семью, но разве сердцу прикажешь? Помнится, я и сама до такой степени потеряла голову от любви к Хэнку, что готова была родить и одна воспитывать ребенка. А Марс наверняка и дальше будет пудрить бедняге мозги и тянуть из него деньги якобы на сына.
Прошло несколько недель. Волнения медового месяца остались позади и жизнь пошла по накатанной колее – дядя писал свои статьи и вел острые телепередачи, а по вечерам ворковал со своей блондинкой, мама рисовала, Хэнк много тренировался, добиваясь вполне заслуженного места в команде.
Я по утрам уезжала на работу, муж в это время обычно еще спал, но иногда он вставал и готовил мне завтрак. Частенько нашу утреннюю идиллию нарушала Малинда, я не могла понять, чего ей не спалось, ведь она, выйдя замуж, тут же уволилась, «чтобы каждую минутку тратить на милого Нандика», как она выражалась. На самом деле она лишь действовала всем на нервы, то суясь во все дыры якобы горя желанием помочь, то брюзжа по пустякам. Лично я уже с трудом ее выдерживала и не могла дождаться, когда дядя достроит свой дом.
В одно такое утро вид дядиной жены вызвал у меня приступ тошноты, и я кинулась в ванную. Малинда почему-то побежала за мной, и мы столкнулись в дверях.
- Уйди, мне плохо, - процедила я сквозь зубы, с трудом сдерживая позывы расстаться с завтраком прямо здесь и сейчас.
- Мне тоже, - простонала Малинда, и я только сейчас заметила, какая она зеленая. – Я не успею добраться до верхней ванной.
Пришлось успевать мне.



- Хэнк, из какой тухлятины ты готовил сегодня завтрак? – спросила я мужа, когда мне немного полегчало, и я доползла до кровати.
- Че было в холодильнике, из того и готовил. И я тоже ел, и все у меня нормально, - ответил он. - Просто у тебя желудок слабый. Или ты беременна, - добавил он, подумав.
- А Малинда что, тоже беременна? – простонала я.
- Почему нет? Думаешь, они с твоим дядькой по ночам в шахматы играют?
Меня опять затошнило. Как-то мне не приходило в голову, что блондинка может родить, да еще и одновременно со мной.
- Пусть я буду беременной, а она отравилась, - капризно заявила я.
Не знаю, как истолковала наше недомогание Малинда, а я в обеденный перерыв сбегала в аптеку. Тест дал положительный результат, и я записалась в клинику, где будут наблюдать за развитием плода и ходом беременности. Первой, кого я там встретила, оказалась Крайсти Адамс.
- И ты тоже? – непроизвольно вырвалось у меня.
Сестра Вивиан слегка смутилась, она явно не афишировала свое положение, поскольку не была замужем. Но деваться ей было некуда, так что она призналась, что да



Через пару месяцев стало ясно, что и Малинда отнюдь не отравилась.



- Надеюсь, вы не будете переезжать от нас до родов? – спрашивала мама у дяди Нандо. - Как Линда будет оставаться дома одна, пока ты работаешь?
Ох уж, эта ее вечная доброта!
- Мам, тут же два шага, придет, если захочет, или позвонит, и ты прибежишь! - я уже не скрывала злости, поскольку у меня складывалось впечатление, что беременная у нас только одна.
Малинда капризничала, требовала то одного, то другого, заставляла дядю покупать и читать книги для будущих родителей, истерила по поводу и без.



Мне на этом фоне уже и не получалось побыть нормальной беременной. Хоть бы ее инопланетяне, что ли, похитили!



Только кому нужна эта вздорная баба? Одному лишь дяде, неужели он и впрямь ее любит? Во всяком случае, безропотно выполняет все ее желания, задаривает подарками и еще чаще запирается с ней в спальне, чем раньше, несмотря на ее растущий живот.



Еще одним раздражающим меня обстоятельством стала своеобразная игра "угадай, кого эти двое родят". Наши с Линдой мужья и мама самозабвенно ей предавались.
- Вот здесь написано, - потрясая книгой, говорил дядя Нандо, - что если живот расположен низко, вот как у Малинды, то родится мальчик. А я хочу девочку.
- Что ж ей, веревками к носу его подтянуть, что ли? - ворчала я. Мне казалось, мой живот тоже расположен не сильно высоко, да и по другим признакам все указывало на сына, на радость Хэнку. Я же, как и дядя, мечтала о дочке.