Закрыть глаза… И там, в глубине, за закрытыми глазами, еще раз закрыть глаза. Тогда оживают даже камни. © к\ф «Небо над Берлином»
Глава 21. Три месяца спустя.
Денис.
Я никогда не болел так долго. Эти три проклятых месяца вымотали меня полностью. Постоянная температура и слабость доконали меня настолько, что я уже был готов умереть.
И тишина. Аня сначала бывала у меня часто, но потом начала бывать всё реже и я целыми днями проводил в одиночестве. Это было как раньше, но, оказалось, что я успел отвыкнуть. Мне остро не хватало Лины.
Тишина давила, я слышал стук собственного сердца и понимал, что начинаю сходить с ума. Призрак отца начал появляться регулярно, он просто стоял, скрестив руки и уперев в меня взгляд чёрных глаз. Я снова чувствовал себя ребёнком, ощущал, как воспаляются старые шрамы и мне постоянно казалось, что по спине опять течёт густая кровь. Проводил рукой по обезображенной коже и тупо рассматривал чистую ладонь. Но ощущение никуда не девалось.
А за окном меня манила пустота и обещала избавление от всего. От бесконечной тоски, от невозможной слабости, от опустошающих мыслей. И с каждым днём я был всё ближе и ближе, чтобы принять её.
Мне хотелось позвонить Лине, но телефона около себя я не нашёл. А когда попытался встать и поискать его в квартире, несколько раз приложился головой о пол и больше попыток искать его не делал. Да и чтобы я сказал ей? Ты нужна мне, как воздух? Но нужен ли я ей? А может, я всё неправильно понял? Но где тогда Лина, у неё ведь есть ключи от моей квартиры…
Иногда мне казалось, что я вижу Лину рядом. Я поднимал свинцовую руку, но мои пальцы проходили сквозь неё. Тогда я закрывал глаза и чувствовал слёзы под веками. Я был отдать всё, лишь бы моя любимая была рядом. Но как обычно, у меня был только я и, это была не самая лучшая компания.
От тяжёлых мыслей у меня ещё больше болела голова и подскакивала температура. Я обхватывал себя руками и засыпал мучительным, не приносящим облегчения сном.
А потом мне начало сниться, как я рисую. Я видел себя со стороны около мольберта, но не мог понять, что на холсте. Сверлил взглядом обнажённую спину со вскрывшимися шрамами и медленно стекающей по ягодицам кровью; пытался потрогать липкие от крови и пота длинные волосы, но постоянно отдёргивал руку и просыпался. И снова засыпал, потому что бодрствовать сил не было.
И снова был этот бесконечный сон, в котором не менялось ничего. А потом я услышал свой голос, который хрипло спросил у рисующего:
- Что же на холсте…Денис?
И увидел, как моё отражение повернуло голову и всмотрелся в жёлтые глаза и невольно вздохнул.
И увидел, как моё отражение растянуло в улыбке бледные губы, испачканные стекающей из носа кровью, прижало кисточку ко рту и услышал шёпот, который прозвучал у меня в голове колоколом:
- Лина.
- Лина, - повторил я и открыл глаза.
- Лина! - закричал я.
На мою голову шквалом обрушились воспоминания за весь утерянный год. Лина… Аня…
Я с трудом встал с кровати, шатаясь и внезапно понял, что здоров. Осталась только слабость. Но теперь я помнил всё.
Я должен увидеть Лину.
**
Лина.
Я с трудом добралась до общежития. Впрочем, сегодня был радостный день – сестра сказала, что болезнь не прогрессирует и у врачей есть уверенность, что она сможет победить её.
Я была счастлива. И день был тёплый, у меня поднялось настроение, несмотря на всю свинцовую усталость, которая копилась во мне все эти месяцы.
Я жила с постоянным ощущением, что у меня отобрали нечто важное, часть меня и знала, как звали эту часть. Он был нужен мне, но мужчина не звонил, не приезжал и я поняла, что не нужна ему, раз он так легко от меня отказался. И думать об этом было муторно.
Но сегодня у меня было ощущение лёгкости, может из-за погоды, может, ещё из-за чего-то… Мне было хорошо.
На ступеньках общежития сидел мужчина и крутил в руках пачку сигарет, словно раздумывая, стоит ему закурить или нет. Черноволосый, с длинными патлами, небрежно завязанными в хвост… у меня ёкнуло сердце при его виде. А когда я подошла ближе и он поднял голову, я зажала рот рукой, чтобы не закричать. На меня внимательно смотрел Денис, с болезненными тёмными синяками под глазами, с запавшими скулами и искусанными губами. Жёлтые глаза потухли и у него был такой вид… неужели он действительно умудрился проболеть всё это время?
А потом я подошла к нему и вырвала у него из рук сигареты.
- Не смей курить, - строго произнесла я, - идиот!
- Идиот, - согласился он и протянул ко мне руки, как ребёнок.
**
- Кретин, - сообщила я ему уже в третий раз. – Ты даже и не попытался меня хотя бы… ревновать!
В комнате, пользуюсь отсутствием соседки, я устроила Денису разнос. Мужчина выслушивал всё молча, только бледные щёки краснели и он медленно накручивал длинные волосы на палец.
- Я не умею ревновать, Лина, - поморщившись и отведя взгляд, ответил он. – У меня никогда не было ничего такого, что я мог бы ревностно охранять.
- А я? – взвилась я. – Ты врал мне о своей любви?
- Ты… Я никогда не обманывал тебя, Лина. Но я никак не мог привыкнуть к тому, что я тебе нужен. И постоянно думал – зачем я тебе такой? И просто не мог принять это как данность. А когда увидел, как тот парень поцеловал тебя, психанул и ушёл. В голову даже не пришло, что я могу что-то сделать, потому что я не знаю, что нужно делать в таких случаях. От меня всегда уходили сразу, и никогда не было хоть каких-то длительных отношений. Аня… это отдельная история.
- И все эти месяцы я болел и думал о тебе. Хотел тебя увидеть и думал, что уже не нужен тебе. А потом вспомнил всё и понял, что умру, если не увижу тебя… одну или нет, но я должен был тебя увидеть. Может, в последний раз, кто знает?
Я постояла пару секунд перед ним, а потом отвесила Денису звонкую пощёчину. Голова мужчины мотнулась и он обиженно посмотрел на меня.
- Засунь всё это знаешь куда? – раздражённо сказала я. – Как же ты меня бесишь! Очнись, Денис! Я стою перед тобой и говорю, что мне больше никто не нужен, а ты? Сделай хоть что-нибудь!
- О, - только и сказал он и я уже была готова побить мужчину тяжёлым предметом по его тупой голове, но внезапно Денис опустился на одно колено и взял меня за руку. Я закрыла ладонью рот. Что он ещё решил отчебучить?
- Лина. А ты ведь права. Я должен что-то сделать. И я сделаю то, что давно хотел.
Его глаза позеленели, когда он произнёс:
- Ты выйдешь за меня замуж, Лина?
Время остановилось. Он… серьёзно? Но не об этом ли я мечтала когда-то? Мужчина отвёл взгляд и тяжело вздохнул, начиная вставать с колен. Он думает, что я ему отказываю?
- Да, - услышала я свой голос и повторила громче. – Да, Денис!
А потом заплакала.